Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— Кроме того, что он полный, вы могли бы что-нибудь еще сказать о нем?

— Это очень трудно. Я только заметила, что у него хороший цвет лица, как у человека, который любит поесть.

— Очки?

— Кажется, нет. Точно, нет.

— Он курил трубку, сигарету?

— Нет… Подождите… Я почти уверена, что он курил сигару. Мне это бросилось в глаза, так как мой деверь…

Все, включая и сигару, соответствовало приметам, которые хозяин бара на улице Жакоб сообщил о человеке, уведшем Пикмаля. Приметы эти могли подходить и к неизвестному, который на улице Вано залез в квартиру к мадемуазель Бланш.

Через несколько минут Мегрэ и Лапуэнт были уже на улице.

— Куда поедем?

— Подбрось меня на набережную. А сам поезжай на улицу Вано и улицу Жакоб. Проверь, не курил ли тот человек сигару.

Когда Мегрэ вернулся к себе в кабинет, Люка уже раздобыл фото, на котором Пикмаль, к сожалению, стоял во втором ряду, но снимок был достаточно четким, чтобы специалисты смогли сделать то, что нужно.

Мегрэ явился к начальнику Уголовной полиции, где провел около получаса, вводя его в курс событий.

— Это мне больше нравится! — выдохнул шеф, кома комиссар кончил свой рассказ.

— И мне тоже.

— Я совсем успокоюсь, когда мы узнаем — если вообще узнаем, — кто этот тип.

Оба думали об одном и том же, но предпочли не говорить об этом. Не исключено, что человек, на след которого они трижды натыкались, — их коллега с улицы Соссэ.

У Мегрэ там были приятели, особенно один, по фамилии Катру; он даже крестил его сына. Но обратиться к нему Мегрэ не решался. Если Катру что-нибудь знает, Мегрэ рискует поставить его в неловкое положение.

Фотография Пикмаля появится в вечерних газетах. И так ли уж это будет забавно, если человек, которого разыскивает Уголовная полиция, находится в Сюртэ?

Они ведь могут тут же «изъять его из обращения», так как он слишком много знает. Возможно, его доставили на улицу Соссэ и пытаются из него что-то вытянуть.

Газеты скоро сообщат, что этим делом занялась Уголовная полиция, в частности Мегрэ.

Сюртэ может, и никто ее в этом не упрекнет, через несколько часов после такого сообщения объявить, что задержала Пикмаля.

— Но вы точно уверены, — настаивал шеф, — что Пуан не виляет и ничего от вас не скрывает?

— Могу поклясться в этом.

— А те, кто его окружает?

— Мне кажется, тоже. Я интересовался каждым из них. Разумеется, я не все знаю про их жизнь, но то, что мне известно, заставляет думать, что преступника надо искать в другом месте. Письмо, которое я показывал вам…

— Маскулен?

— Вне всякого сомнения, он замешан в этой истории. Доказательством служит письмо.

— Что вы собираетесь предпринять?

— Возможно, мне это ничего не даст, но у меня почему-то появилось желание посмотреть на него вблизи. Для этого мне достаточно пойти позавтракать на Площадь Победы в «Камбалу», где, говорят, он обосновался.