Грозовое лето
- Автор: Хамматов Яныбай Хамматович
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Виталий Сергеевич Василевский
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Грозовое лето». Краткое содержание книги:
Эти произведения в 1974 году удостоены премии на Всесоюзном конкурсе, проводимом ВЦСПС и Союзом писателей СССР на лучшее произведение художественной прозы о рабочем классе.
В романе «Грозовое лето» показаны события в Башкирии после победы Великой Октябрьской социалистической революции. Революция победила, но враги не сложили оружия. Однако идеи Советской власти, стремление к новой жизни все больше и больше овладевают широкими массами трудящихся.
— Товарищи, вы же обманываете и нас и себя! Не нужен башкирам Заки, не нужен и Юмагулов! Башкирам нужны порядок, хлеб, керосин, ситец, сахар, спички нужны, табак нужен…
При каждом слове Гали делегаты согласно кивали, не в силах сдержать улыбок.
— Советская власть всем этим вас обеспечит, не сейчас, но уже в этом году. Осенью! А Заки и Юмагулов кормили вас годами велеречивыми обещаниями. Откуда они возьмут керосин, сахар, ситец? Эти товары у русских кооператоров на складах. Разве я обманываю вас, товарищи?
Деловой тон разговора с руководителем автономии был делегатам и неожиданным, и понятным. Заки действительно часами истерически вещал об исламе, об аллахом благословенной башкирской нации, об аллахом проклятых большевиках, но от этого ничего в жизни аулов не менялось… Заки, как упорно толковали, пировал с веселыми красотками и приятелями в своем стерлитамакском особняке, а в деревне люди пухли от голода.
Делегаты уехали домой, Гали на заседании бюро обкома партии рассказал о беседе с ними.
— Будут завтра они верить валидовцам? — спросил кто-то из работников обкома.
— Будут ли они верить нам? — уточнил вопрос Трофимов.
Гали развел руками и признался чистосердечно:
— Ничего не могу сказать определенного, товарищи! Думаю, что они запутались и растерялись.
Николай Константинович заметил:
— Все сообщения о положении в кантоне пока что приблизительные. Мы, к сожалению, питаемся слухами. Документальной информации из Бурзян-Тангаурского кантона, как, впрочем, и из других кантонов, мы не получаем. И это не только наша беда, но и наша вина, товарищи.
Бюро обкома приняло решение:
«Для установления порядка в Бурзян-Тангаурском кантоне:
1. Отозвать в Стерлитамак все находящиеся там воинские части;
2. Арестовать лиц, не признающих решений БашЦИКа;
3. Провести переучет членов всех партийных организаций кантона».
— Решение-то решением, — сказал Трофимов, протирая очки платком, — но сейчас надо подыскать работника, который бы поехал в кантон и проследил за выполнением нашего решения. Этот уполномоченный обкома и БашЦИКа должен быть принципиальным, беспощадным к классовым врагам, но и проницательным — отличать заблуждающихся от валидовцев… Кого же пошлем?
Участники заседания не спешили с ответом. Наконец заместитель председателя Совнаркома Мансыров предложил:
— С таким поручением справится Поленов. Он в «Башпомощи» работает. Исполнительный, старательный.
— Пожалуй, я с ним встречался, — припомнил Трофимов.
— Мы, Николай Константинович, с ним вдвоем приходили к вам недавно советоваться о строительстве склада, — сказал Гали Шамигулов. — Думаю, что он вполне надежный!
— Да, да, вспомнил, — кивнул Трофимов. — Он из эсеров?.. Собственно, это теперь не имеет значения… Ну, товарищи, если БашЦИК и Совнарком предлагают нам кандидатуру Поленова, то давайте согласимся.
Ему было неудобно спорить с Мансыровым и Шамигуловым.
23
Наступили последние дни лета, но было еще жарко, солнце напоследок пекло немилосердно. В лесу было душно, как в парной бане, но безмолвно: птицы изредка перекликались, а соловей еще в конце июня завершил свои концерты. Зато развелась уйма мошкары, оводов, слепней. Рябина и калина уже горели багрянцем, кисти коралловых ягод были тяжелые, свисали к земле. Некошеные травы на полянах и в оврагах полегли, начинали жухнуть, но благоухали пряно, сильно.
Конный отряд БашЧК остановился у брода через Кэжэн, командир Поленов приказал кормить лошадей. В отряде было полторы сотни всадников — оренбургских и уральских красных казаков, башкирских и татарских джигитов, русских старослужащих кавалеристов.
Река здесь была мелкодонная, бойко играла всплесками на перекатах, слепяще сияла в лучах солнца. Красноармейцы пустили стреноженных лошадей по траве и со смехом, с криками и шутками полезли в воду, чтобы смыть дорожную пыль и пот, охладиться; некоторые принялись стирать задубевшие гимнастерки: мыло заменили глиной… Поленов, длинноногий, худощавый, с крупным висячим носом, расстегнул ворот френча и завалился спать в тени деревьев.