Феномен

Пока я выбирался на крыло и спускался на бетон, передав шлемофон лётчику, как и парашют, у истребителя уже ожидала машина, со знакомым капитаном госбезопасности, это он обычно меня в Кремль возит. Хм, а приказ на прибытие пришёл от Генштаба. За их подписью. Переодеваться перед вылетом я не стал, как был в камуфляжном костюме с петлицами генерал-лейтенанта автобронетанковых войск и наградными колодками, так и остался, так что сел в машину и меня повезли в Кремль. Не ошибся. В машине только шофёр был и капитан. Молчаливые, ни слова не проронили. Я так и понял, что встречу в кабинете Сталина, маршала Шапошникова. А в прошлый раз также было, вызвал Генштаб, а у Сталина маршал ждёт. Ждать минуту пришлось, пока не вызвали в кабинет, и первый вопросом, в лоб:

— Это вы писали?

Подойдя, я взял протянутый лист бумаги и обнаружил своё послание Жукову, чуть усмехнувшись, кивнул, говоря:

— Моё сообщение.

— Вы действительно бы приказали убить генерала Жукова?

— Мне мои бойцы важнее чем какой-то там генерал. Пусть своими бойцами командует, а к моим не лезет.

— Вы знали о том, что войска Юго-Западного фронта немцы собираются окружить?

Этот вопрос от Сталина я ожидал. Если недруги хотят подставить меня, отличный момент, сместив акценты. Мол, он знал, но специально увёл свои подвижные части подальше, чтобы не оказывать помощь, а это предательство. Значит, эту карту решили разыграть? Ладно.

— Да, знал, — честно ответил я, Сталин, что раскуривал трубку, ломая спички, бросил на меня острый взгляд, но не прервал, когда я продолжил. — Это логично, я бы сам там ударил, о чём и сообщил в Генштаб. Там что-то предприняли, но что, мне точно не известно. А вот точное время удара мне известно не было, захватом Минска я явно сбил их планы. Может они раньше начали, чем планировали, может позже. А у меня стояла задача провести громкий рейд, набрать запасов, всё же зима ожидается, а продовольствия на полтора месяца, и вернутся. Поэтому, когда мы дошли до границ с Польшей, и получил истеричные приказы из Генштаба, противоречащие друг другу, я не сильно удивился. Немцы ударили вовремя, возможно и ожидали, что мой корпус уйдёт, хотя сомнительно, не та величина, неприятно, да, но не опасно. Поэтому я не мог увести корпус от Бреста к Гомелю, расстояние большое. Да и не видел причин этого делать, Юго-Западный фронт имеет достаточно сил, чтобы справится с задачей самостоятельно. Впрочем, я и сейчас также считаю. Даже несмотря на то что части в котле, и он сжимается. Самая большая опасность для фронта паника, она и губит его. Если прогнать её, пробиться можно. Киев удержать? Хм… Возможно.