Воспитание жизнью

Все началось с того, что маленькая блондиночка закричала подругам:

— Девочки, пришел наш петушок!

Все прыснули со смеху.

— А знает ли он, что есть петушки и курочки? — съязвила другая девушка.

— Он-то? — удивилась девушка с рыжими крашеными волосами. — У него еще молоко на губах не обсохло.

— Это наверняка маменькин сыночек.

— Ну если в нашей армии все такие, то в будущем ничего хорошего не жди.

— Люди! Нам нужны мужчины!.. Мужчины, а не такие сухари! — снова закричала блондиночка.

Я ничего не ответил девушкам. Молча проработал до вечера, а потом подошел к Шлавинскому и сказал:

— Хочешь завтра поехать с девицами вместо меня? Все они очень милы, хорошо воспитаны. Тебе наверняка понравятся.

В тот же вечер было приказано составить списки лиц, которые умели водить трактор и имели права. Вместе с Руди Эрмишем и Паулем Кольбе записался и я, так как уже не раз работал в сельскохозяйственном кооперативе на машинах, а сейчас хотел научиться обрабатывать землю прицепными машинами. «По крайней мере, буду подальше от ребят, да и от этих сумасшедших девчат», — подумал я.

Из солдат, умеющих водить машину, организовали отдельную бригаду, которая должна была работать в ночную смену. Бригадиром назначили Руди Эрмиша. Затем мы попросили директора МТС закрепить за нами машины. Мне не повезло: достался старенький трактор. Сделав по двору МТС несколько пробных кругов, я обнаружил неполадки при левом развороте. Натянув на себя комбинезон, взялся за ремонт, который оказался довольно сложным, к тому же запасные детали приходилось буквально воровать. К обеду ходовая часть моего трактора была отремонтирована, и я отважился выехать на нем за ворота МТС. Но радость моя была преждевременной: через пять минут я обнаружил другой дефект. Пришлось ремонтировать сцепление. А вечером, когда уже стемнело, выяснилось, что фары почему-то не горят, а без них я не мог выехать в поле. Провозился до позднего вечера, а когда пришло время выезжать на смену, уже до чертиков устал.

Однако, несмотря на это, моя первая смена прошла хорошо. Каждую ночь я выезжал на своем железном коне в поле и работал до пяти часов утра, пока на востоке не загоралась узкая полоска утренней зари. Через несколько дней я уже не только не отставал от более опытных ребят, но даже как-то обработал больше, чем положено, гектаров, немало удивив этим Руди Эрмиша.

— Вот уж чего от тебя не ожидал, так не ожидал, Фред. А я-то думал, что ты настоящий горожанин, — сказал он мне.

Однако я не всегда выполнял норму. Частые поломки трактора отнимали у меня много времени, тем более что ремонтировать его приходилось мне самому, да еще ночью в поле. Особенно тяжело приходилось после дождя. Как-то после сильного дождя мне пришлось простоять более трех часов. Трактор, казалось, намертво увяз в липкой грязи. Часа два я ходил по обочине дороги и, освещая себе путь карманным фонариком, искал камни, чтобы подложить их под гусеницы и выехать из ямы. Вокруг — ни души, и до села довольно далеко. Это была ужасная ночь.