Огонь в итальянском сердце

Каталин

Планы меняются фантастически быстро. Алистер говорил, что его отец собирается отпраздновать день рождения в ресторане, но мне на телефон пришло электронное приглашение на вечеринку на яхте. Ниже мой ирландский приятель приписал, что я должна буду предъявить «билет» охраннику. Прежде чем отправиться в яхт-вояж, нужно ведь добраться до круизного порта Чивитавеккья. Прислав другое сообщение, Алистер обещает довезти меня в целости и сохранности до пункта назначения. Но рядом расположившийся Маркус получил идентичное приглашение на свой смартфон. Думаю, он будет против того, чтобы я ехала в одной машине около семидесяти километров с фактически его врагом.

— Дай-ка сюда, — Ферраро вырывает из моих рук мобильный и не дает мне дописать до конца смс-сообщение, которое я хотела адресовать Алистеру.

Его брови сходятся на переносице. Прочитав нашу переписку, Маркус переводит на меня озадаченный взгляд.

— И что это значит? — трясет он в воздухе рукой, держащей телефон.

Присев на громоздкой кровати, что занимает большую часть спальни Марка, я подтягиваю одеяло к груди. Пожимаю плечами и понимаю, что рискую — Марк способен зажечься, подобно спичке.

— Мы стали друзьями.

Он пару секунд не роняет ни звука, вглядываясь в мое лицо с долей недоумения.

— Друзьями?

— Да, и тебя Алистер тоже хочет видеть на торжестве. — Я дополняю смятенно, вспомнив, что мероприятие переносится: — Завтра…

Маркус оторопело повторяет:

— Завтра.

Я киваю неоднократно головой, нервно сглотнув.

— Мгм…

Откинув одеяло и мигом поднявшись с кровати, Ферраро приближается к окну. Из внутреннего кармана пиджака, валяющегося на полу, он выуживает пачку сигарет и зажигалку. Бросив элемент гардероба обратно, распахивает окно настежь и закуривает. Ноябрьский ветер загоняет дым в комнату. Я облизываю пересохшие губы. И, наверное, следовало бы волноваться об отношениях с Маркусом, но я не могу отвлечься от любования его обнаженными роскошными ягодицами. Такими аппетитными, поджарыми и соблазнительными…

Сегодня — впервые, когда я не пришла на занятия. Быть может, было неправильно соглашаться ехать с Марком к нему домой, но я не смогла отказать ему. И, честно говоря, нисколько об этом не жалею. Заниматься с ним два часа подряд любовью — восхитительно. Он сказал, что влюбился в меня. И до сих пор у меня не получается выкинуть эти слова из головы.

— Отец Шеридана — мой коллега, и я обязан быть там, — обернувшись ко мне, изрекает внезапно Маркус, зажимая по-прежнему сигарету между пальцами.

Я тщательно пытаюсь не опускаться взглядом на его член, но проигрываю сама себе. К сложенным трубочкой губам он подносит сигарету и в очередной раз основательно затягивается.