Она не умела стрелять
- Автор: Сотникова Ирина
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Остросюжетные любовные романы
Электронная книга - «Она не умела стрелять». Краткое содержание книги:
Так они и просидели вдвоем в четырех стенах – молча. Зоечка временами тихонько плакала на кухне, ей было страшно. Последние события ужасали ее по-настоящему, сделавшись яблоком раздора между ней и Антоном. Ее любимый отдалился окончательно, и это означало, что будущего у нее больше не было – неважно теперь, в какой стране, в Украине или России. Снова впереди гнетущим призраком замаячило глухое, беспросветное одиночество, и Зоя понимала, что не переживет его – Антон был ей нужен, как воздух в легких, как кровь в венах. Но потакать его панике она не собиралась, это было еще безумнее.
Через неделю Крым объявили российским.
Когда окончательно перекрыли выезды из Крыма и установили блокпосты, Антон предложил Зоечке уехать с ним в Николаев к родителям. Очень тихим голосом она сказала «нет». Крым – ее родина, и она примет ее любой. Оба понимали, что это был полный разрыв их отношений. В тот же вечер Антон собрал вещи и ушел, не попрощавшись.
…Жорик открыл глаза и удивился – он лежал в сарае, пригодном разве что для хранения рухляди. Правда, в углу стояла новенькая буржуйка с выведенной в потолок трубой, рядом – вполне приличная деревянная кровать, аккуратно застеленная синим армейским одеялом. На крючках, вбитых в стену, висела пара военных бушлатов. Посреди помещения одиноко возвышался грубо сколоченный стол, рядом пара стульев. Жорик чувствовал лопатками жесткую поверхность, будто лежал на досках. Он поерзал спиной, пощупал рукой. Так и было – доски, едва прикрытые тряпкой, от них спине стало больно. Он выпростал руки из-под потрепанного ватного одеяла и обнаружил себя одетым в чужой свитер, изрядно ношеный, засаленный, провонявшийся табаком. Штанов на нем не было. В сараюшке было холодно до дрожи. Жорик сел, прислонился к стене, резко заболел затылок. Память начала проясняться – эпизод за эпизодом он вспомнил все, что произошло накануне, а вспомнив, пожалел, что не утопился.
Открылась дверь, вместе с клубами сырого воздуха в сарай вошел человек в длинном брезентовом плаще, резиновых сапогах и вязаной шапке, надвинутой на брови. Он сбросил возле буржуйки охапку дров, взял стул, сел напротив Жорика, широко расставив ноги и опершись на колени руками.
– Ну, алкоголик хренов, твою мать, проспался? Теперь рассказывай, чтоб тебя… – он длинно и витиевато выругался.
Жорик напрягся, как когда-то в детдоме, в момент опасности. Ему вдруг отчетливо показалось, что жизнь, сделав мертвую петлю, снова отшвырнула его назад в то голодное время, из которого он так долго, напряженно и болезненно выбирался. Страха не было. Появилось давно забытое, но очень знакомое состояние – защититься любой ценой, а это он умел мастерски. Жорик шмыгнул носом и сделал независимое лицо.
– Баба выгнала, напился с горя, утопиться хотел.
Мужик хмыкнул, глянул на него с интересом.
– Тачка с барахлом твоя?
– Ну, моя.
– А живешь где?
– Уже нигде, бомж.
– А до этого где жил?
– Крымский я, приехали новую жизнь начать, деньги ей отдал, хату на себя оформила.
Мужик стал серьезным.
– Понятно. А работал кем?
– Заместителем директора консалтинговой фирмы. Юрист я. Высшей категории.
И вдруг Жорику стало так себя жаль, что он не удержался и горько зарыдал, уткнувшись лицом в голые колени – как когда-то в детдоме, когда оставался один и забивался в старый чулан под лестницей. Вся его независимость лопнула, словно мыльный пузырь, обороняться больше не было смысла. После допроса, устроенного незнакомцем, Жорик отчетливо понял, что это конец. Его настоящее предстало перед ним в своей самой неприглядной, жуткой откровенности. Будущего попросту не было.
– Вот что, – мужик хлопнул себя по коленям ладонями, – пока оставайся здесь, там посмотрим. Первого апреля сезон, хозяева приедут. Думаю, определишься до того времени. Не хнычь, бывает и хуже.
Потеряв интерес к гостю, он стал разжигать огонь в буржуйке. Жорик успокоился, и, обхватив руками колени, равнодушно смотрел, как занимались пламенем деревянные чурки. Мыслей не было. Когда буржуйка нагрелась и по сараюшке пошло блаженное тепло, мужик кинул ему спортивные штаны. Потом вышел на улицу, вернулся с пакетом. На столе появились целлофановые кулечки с колбасной и сырной нарезкой, начатая бутылка водки, котлеты в пластиковой коробочке, салаты.