Облетая солнце [Circling the Sun]

Глава 39

Начались затяжные дожди, то и дело сопровождавшиеся оглушительными бурями. Однако день похорон Беркли выдался на удивление ясным. Он хотел, чтобы его похоронили дома, на берегу реки, которая несла прозрачные ледниковые воды с самой вершины горы Кения. Он был уверен в этом. В живописном месте, где река делает изгиб, напоминая очертания тонкой девичьей талии, переходящей в бедро, а вода журчит, перекатываясь через острые края черных базальтовых камней, вздымая древние слои торфа, мы смотрели, как гроб с телом Беркли опустили в землю, а над нами скворцы перекликались чистыми голосами, как колокольчики.

Собралось немало друзей. Бликс приехал издалека, аж из Сомали, и желтая глинистая пыль тех мест была заметна на его обуви и одежде. Ди стоял мрачный, надвинув шляпу на глаза. Но когда прощальные слова были сказаны и земля сокрыла тело Беркли, он подошел ко мне и, сжав мои руки, долго не выпускал их.

— Знаешь, я чувствовал себя полным дерьмом оттого, что заставил тебя уйти, правда, — признался он.

— У тебя действительно не было выбора, — ответила я. — Я поняла это.

Он хрипло кашлянул и покачал головой — длинная прядь почти белых волос, выскользнув, упала на воротник.

— Если тебе что-нибудь потребуется, я хочу, чтобы ты обратилась за помощью ко мне. Ты еще очень молода. Порой я не понимал этой простой вещи. Когда мы с Флоренс были в твоем возрасте, мы не очень-то заботились о том, чтобы прикрыть свой зад.

Он посмотрел мне в глаза, и я мгновенно ощутила, что если я и чувствовала некую неуверенность и униженность — это все мгновенно испарилось. Я прошла серьезную школу, но она стоила того, чтобы выучить ее уроки.

— Я обязательно так и сделаю, — ответила я. — Спасибо, Ди.

На длинной тенистой веранде в доме Беркли играл граммофон — звучала напряженная музыка. Мы вышли с Ди и увидели Дениса. Он стоял, наклонившись над блестящей конусообразной трубой и шипящей по пластинке иглой.