Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]
- Автор: Бретон Ги
- Серия: Истории любви в истории Франции #6
- Год: 2013
- Язык: русский
- Год: Этерна
- ISBN: 978-5-480-00293-5
- Переводчик: В. В. Егоров
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]». Краткое содержание книги:
Таким образом, мы получаем еще новые доказательства того, что любовь, роль которой в Истории современные ученые упрямо стараются не замечать, была движущей силой и причиной всех человеческих поступков, подобно тому, как в предыдущие века она подвигала всех принцев на их деяния….»
Эти поездки оказывали на Терезию очень любопытное действие. Они возбуждали ее… Поскольку она олицетворяла собой свободу, почему бы ей не позволить себе вести себя более вольно?.. Едва вернувшись в свою гостиницу, она тут же сбрасывала с себя народные одеяния и появлялась обнаженной перед Тальеном, который, с вылезавшими из орбит глазами, швырял на кресло свой плащ и мгновенно стаскивал с себя свой прекрасный мундир, — она издевалась над всякими условностями и конвентами…[220]
О любовных отношениях Терезии и Тальена в Бордо рассказано много небылиц. Некоторые историки утверждали, например, что любовники встречались в Доме Народа, где жил комиссар Конвента, и что они «занимались любовью на широкой кровати» даже в то время, когда казнили аристократов. Гильотина была установлена под самыми окнами апартаментов Тальена, и, по словам авторов этих исторических трудов, любовные игры проходили под крики жертв, глухие удары ножа и куплеты песни «Са ира»…
«Как только приговоренный к смерти попадал в руки палача, — писал один из этих историков, — влюбленные начинали свой любовный дуэт, и Тальен старался наложить свою революционную пыльцу на пестик Терезии именно в тот самый момент, когда голова жертвы отделялась от тела.
— В момент смерти каждого роялиста, — якобы говорил он, — мы должны зачинать маленького республиканца»[221].
И этот историк, который конечно же забывает назвать источник этих сведений, добавляет, что после каждого сеанса любви эта парочка в шутливой манере исполняла пародию на «Марсельезу», первый куплет которой приводится ниже:
Припев второго куплета имел и вовсе неожиданные слова:
Конечно, все это занимательно, но абсолютно не соответствует истине. Терезия очень отрицательно относилась к казням через отсечение головы, производившимся по постановлениям Комитета управления, и вряд ли они действовали на нее возбуждающе. Доказательством может служить тот факт, что однажды, находясь у своего любовника в тот момент, когда «работала» гильотина, она взорвалась:
— Я больше не желаю видеть это, — воскликнула она, указав на зловещую машину казни.
— Ну что ж, — ответил проконсул. — Тогда я перееду жить в вашу гостиницу.
— Нет. Лучше я буду приходить сюда. Убраться отсюда должны не вы, а эшафот[223].
Поэтому мы видим, что и Терезия, и Тальен отнюдь не были ни садистами, ни сексуальными маньяками, как некоторым очень бы хотелось их нам представить.
Но даже если жертвы Террора в Бордо и не имели никакого отношения к их любовным играм, все же поведение любовников по отношению к этим жертвам было не столь уж безупречным.
Будучи выше того, чтобы получать удовольствие, они все-таки извлекали из них прибыль…
В это время Тальен и его подручные организовали выгодную «торговлю»: за кругленькую сумму, размеры которой менялись в зависимости от конкретных условий и их запросов, они освобождали заключенных, которые должны были отправляться на гильотину.
Те, кто не мог заплатить, естественно, лишались голов. Валлон, например, приводит случай с Ж.-Б. Дюдоном, бывшим генеральным прокурором парламента Бордо, жизнь которого жена его попыталась было спасти с помощью золота. «Она пришла просить Рея, подручного Лакомба и его представителя в заключении сделок за головы людей, судьей которых он был. Лакомб запросил две тысячи луидоров, она же дала только сто, поскольку больше денег у нее не было.
— Ну, тогда ему крышка! — сказал Лакомб.
И приговорил несчастного к смертной казни, а сто луидоров поделил с Реем»[224].
Узнав об этом, Терезия подумала, что она могла бы использовать свое влияние на Тальена для того, чтобы, как это сейчас говорят, сделать маленький бизнес и накопить некоторую сумму денег. И она организовала в своей гостинице что-то вроде «Бюро помилований», о котором Сенар пишет в своих «Мемуарах»:
220
Игра слов: Конвент и слово «приличие» — омонимы. — Прим. пер.
221
Арсен Прива. Тальен и Террор в Бордо.
222
Слова этих куплетов написаны гражданином Сильвеном Марешалем.
223
Арсен Уссей. Термидорианская Богоматерь.
224
Валлон. Представители народа за работой.