Клятвы и слёзы [ЛП]

Завтрак прошёл без каких-либо проблем.

Эмми, одна из двух других женщин, работавших в гостинице, пришла сразу после меня и настояла на том, чтобы самой организовать завтрак. Она спросила меня, где Люси, и я сказала ей, что та поехала за своим убитым горем сыном. Эмми сдавленно улыбнулась. Она проработала в гостинице достаточное количество времени, чтобы быть в курсе последних слухов о семье Кларков. Но вот о чем она не знала — по крайней мере, я так думала — так это о двойственной природе своих работодателей.

Пока Эмми занималась ранними пташками, я приготовила поднос с едой и отнесла его дяде. Я раздвинула шторы в его комнате и попыталась вытащить его из постели, но он не двигался. Я проверила пульс, чтобы убедиться, что он жив. Он был жив. После третьей попытки поднять его, я ушла.

Пока я спускалась по лестнице, до меня дошло, что сегодня я отвечаю за гостиницу. От этой перспективы мой желудок так резко напрягся, что я невольно прижала к нему свою ладонь.

Всё будет хорошо.

Я справлюсь.

К тому же всё это было временно. День. Может быть, два. Так ведь?

Напряжение в животе не стихало. Я начала делать глубокие вдохи, но это не помогло.

Вращающиеся двери гостиницы повернулись, и тогда я поняла, что работа с дыханием не поможет расслабить мой живот.

Это был не стресс; это был Август.

И его мама.

— Изобель? — воскликнула я.

Она мало изменилась — её тёмно-каштановые волосы были всё такими же блестящими, а лицо бледным — но она, казалось, похудела, стала чуть тоньше. Она развела руки, и я, быстро спустившись по лестнице, вошла прямо в её объятия.

— Ох, милая девочка, я скучала по тебе, — она крепко стиснула меня, после чего отстранила от себя и начала разглядывать. — Боже мой, ты вылитая…, — её голос сорвался на имени моей мамы, — Мэгги.

Я попыталась улыбнуться, но при упоминании мамы моё сердце сжалось. Она умерла в январе, но у меня было ощущение, что это было вчера. Иногда я даже доставала телефон и хотела ей позвонить.

— Что вы делаете здесь так рано? — спросила я, глубоко задышав, чтобы уменьшить боль в сердце.

Изобель указала на стойку регистрации.

— Всегда мечтала поработать в таком качестве.

— Эм. Серьёзно?

— Я слышала, здесь открыта вакансия.

Она перевела на меня взгляд, и её ярко-зелёные глаза напомнили мне о соснах, растущих вдоль дороги, ведущей к гостинице.

Я моргнула.

— Пожалуй, я приступлю… если ты не против.

— Вы уверены, что хотите?..

— Да.

Она зашла за стойку регистрации, а я посмотрела на Августа. Неужели, это он попросил свою маму заменить Люси?

— Ничего не надо отремонтировать? — спросил он.