Уплывающий сад

Юзеф отдавал себе отчет в том, что оцепенение и сиюминутный паралич, который случился у него во время уличной облавы и с тех пор время от времени повторялся, не имел ничего общего с трусостью или с тем, что в быту называют «потерять голову». Это было дело более загадочное, даже не дело, а проделки таинственных сил, о существовании которых он до сих пор не имел ни малейшего понятия. После случая с картиной он решил обратиться к врачу.

Картина, посредственная репродукция Брейгеля, в тяжелой золоченой раме, висевшая в комнате, которую он снимал, чуть было не навлекла на него беду.

Во время одного из визитов, какие люди в форме и касках наносили белым повязкам с шестиконечными звездами, в комнату Юзефа в сопровождении услужливой дворничихи явился господин в форме и в каске, который, как оказалось, был любителем искусства. Эта любовь придала визиту неожиданное и нетривиальное направление. Заметив фарфоровую Леду с лебедем, господин в форме на мгновение забыл о цели визита и рукой в кожаной перчатке указал на фарфоровый китч. Юзеф услужливо подал его, после чего открыл ящик стола и достал несколько статуэток из фарфора и бронзы. Это были жалкие остатки от теткиной лавочки, и только в память о покойной он их не выбросил. Господин в форме приказал einpacken[15], и Юзеф, не имевший разрешения на работу, с готовностью исполнил этот приказ. Висевшая в углу картина попалась на глаза любителю искусства уже перед самым уходом. Он, прищурившись, оценил ее профессиональным взглядом и молча кивнул головой в каске. И тогда, за несколько мгновений до счастливого, необычайного окончания визита, в Юзефе пробудились эти таинственные и зловещие силы. Он провалился в свой вакуум, утратил ощущение времени и ситуации, и речи не было о том, чтобы пошевелить рукой.