Мужчина с собачкой [litres]

– Скорее всего, преступник как-то обездвижил девушку. Не убил, иначе бы у нас было два тела. Или убил, но не здесь, – соглашаясь с Глебом, сказал Вольшек.

Ковальский сглотнул. Ему не хотелось думать о том, что Клара Новак мертва.

– Как бы то ни было, – чуть хрипло сказал он, – примерно с половины пятого и до, допустим, без четверти шесть и дом, и Новаки были в полном распоряжении преступника. Этого вполне достаточно, чтобы допросить Казимира Новака, а потом обыскать дом.

– А убил он его до или после? – спросил Влодек.

– Это нам расскажет судмедэксперт, – сказал Ковальский, – но могу предположить, что все произошло до обыска.

– На ранах тот же налет, что и повсюду на первом этаже, – сообщил коллегам Давидовский. – Похоже, убийца долго спорил с Новаком, допрашивал его, а потом в порыве убил. До обыска.

– Похоже на то, – согласился Глеб. – Мы можем лишь гадать, что искал преступник и добился ли он своего.

– Но девушка пропала, – печально вздохнул Влодек.

– Пропала, – поддержал Давидовский.

– А если она все же сбежала и просто еще не объявилась? – понадеялся на лучшее Завацкий. – Ты прав, Глеб, по логике убийца не мог позволить рейне сбежать. Ему необходимо было время. Но это по логике. А мы не знаем, кто совершил преступление. Это вполне может быть очень хладнокровный человек, который собирался быстро найти искомое и убраться из дома Новаков.

– Мы в Броцлаве. Клара Новак не вернулась в свою комнату, не сменила одежду и к тому же в одной домашней туфле. Если ее где-то увидят, то мы очень скоро узнаем, – не слишком воодушевленно сказал Глеб.

– Старший следователь!

Прогрохотав ботинками по лестнице, перед управленцами явился один из жандармов. Мужчина запыхался и был весьма чем-то обеспокоен.

– Что случилось? – тут же поднялся Глеб. – Удалось что-то найти?

– Вам стоит самим на это взглянуть, – ответил жандарм.

Мужчины быстро спустились со второго этажа и вышли из дома. Жандарм жестом указал им на живую изгородь через дорогу, поверх которой были видны трое обеспокоенных жандармов. Хозяин дома, пожилой рейян в домашнем халате, невнятно вскрикивал и размахивал руками, то и дело порываясь бежать то обратно в дом, то, наоборот, к широко распахнутой калитке.

– Рейян Ковальский! – заметив Глеба, тут же закричал он. – Что делается?! Что делается?.. Зачем ваши люди топчут мои флоксы?! Что вам сделали мои цветы?

Через несколько секунд, когда Глеб вошел в маленький садик рейяна, он понял причину нервного срыва местного жителя: трое жандармов торчали прямо посреди прямоугольных грядок, засаженных пышными ухоженными цветами.