Дракон в свете луны [Книга 1]

Стена дождя скрыла японский лагерь от глаз Дочерей, и те проморгали момент, когда вражеское войско увеличилось в размерах вдвое. К вечеру, когда разразилась настоящая буря и небо прорезали яркие вспышки молний, Нагиль поднял на ноги все ополчение. Японцы готовились к полномасштабной атаке: затащили на холм катапульты и тяжелые осадные орудия. Нагиль наблюдал за их сборами, стоя на восточной стене города.

— Ёнчхоль и Боым?

— Вернулись, — доложил Чун Сок. Он стоял по правую руку от капитана и щурился, глядя на увеличивающееся японское войско.

— Ли Хон?

— Вооружился по полной, хотя я велел ему оставаться в монастыре вместе с женщинами.

— Велел? — через силу усмехнулся Нагиль.

— Ну… Настоятельно просил.

Они переглянулись и одинаково скривили губы в подобии улыбки. Висящее в воздухе напряжение можно было резать мечом, и собирающиеся под стенами Конджу воины и ополченцы почти не шумели. Плохой знак.

За неделю тяжелого ожидания их воодушевление перетекло в раздражение, а позже — в пульсирующий страх, проникающий под кожу и оседающий на костях. Дэ Кван натаскивал молодых, к которым присоединились крестьяне, с таким упорством, словно погибнуть они могли прямо на главной площади от его руки. О смерти никто не говорил, но все упоминали в вечерних разговорах под треск костров вещи куда страшнее: первая война с Японией оставила кровавый след на сердце каждого. Все в Чосоне помнили зверства, на которые их могли обречь японцы, все знали, что смерть от меча самурая была куда лучше плена, обещающего только страдания.

— Га Ин?

— С Дочерьми в надвратных башнях, с ними еще женщины из числа горожан.

— Я велел им держаться подальше.

— Капитан, — резонно осадил Чун Сок, — мы не можем разбрасываться людьми. Нас всего шесть тысяч. Японцев почти в четыре раза больше.

Проклятье, он был прав. Но мысль о том, что и женщины, и дети могут погибнуть под градом камней, что обрушится на город в самое ближайшее время, лишало его равновесие. Все лишало его равновесия, каждая мелочь.

О том, чтобы в ночи встретиться с Рэ Воном, как они условились, теперь думалось с трудом: если хён и знал о скорой осаде, то скрыл это от Нагиля — намеренно или нет, он сам же нарушил их планы.

Спасение Сон Йонг теперь представлялось Нагилю поистине непосильной задачей, с которой он обязан был справиться. Сегодня ночью, на рассвете, когда, вероятно, утихнет битва, а они потеряют город, — в любой удобный или неудобный момент он должен будет сделать все возможное, чтобы вернуть ее.

Либо совершить невероятное, либо погибнуть вслед за Сон Йонг — другого исхода для него теперь не существовало.

— Собери всех, кто способен и хочет держать в руках что-то, чем сможет убить врага. Пусть ждут за укреплениями в городе, растяни остатки ополчения по улицам, — выдохнул Нагиль и стал спускаться со стены. Чун Сок провожал его недоуменным взглядом, но вопросов от пуримгарра не последовало.

Нагиль кивнул Дэ Квану — тот собирался выйти за пределы города вместе со своими воинами и обогнуть японцев до того, как они прорвутся за стены.