Играя с огнем [litres][Playing with Fire]

Никто не стучал на Макса и Уэста.

Никто не сообщал властям о вечеринках в «Шеридан Плаза». Много лет.

Таково было правило.

И я только что пригрозила его нарушить.

Макс медленно повернулся ко мне, но сердце в груди запрыгало при виде Уэста. Я увидела, как он вошел в столовую и несется ко мне в сопровождении Истона и Рейна. Он обводил взглядом зал, а когда нашел то, что искал – меня, – то направился прямиком в мою сторону.

Впервые с тех пор, как мы начали встречаться, Уэст признал факт моего существования в колледже, и интуиция подсказывала, что мне это не понравится.

Кто-то доложил ему о моем прилюдном споре с Максом.

Уэст понял, что происходит.

Понял, что я знаю про бой. Про его ложь.

Но не я должна была испытывать эти чувства – злость, смущение и испуг. Это он нарушил обещание. Ему за многое предстоит ответить.

Загорелый мускулистый Уэст резко остановился передо мной, едва сдерживая ярость. Я сделала шаг назад и напомнила себе, что это тот же мужчина, что каждую ночь поклонялся мне в постели. Который выбрал роль сиделки для моей бабушки, когда я пала духом. Который тревожился за меня.

– Какие-то проблемы? – Его голос был холодным как лед.

Уэст снова смотрел на меня, как на незнакомку. Лишился всех чувств. Я тяжко вздохнула.

Серьезно? Так вот как ты разговариваешь со мной на людях?

– На самом деле, да. – Я задрала нос и заметила краем глаза Тесс, стоящую рядом с Рейном за спиной Уэста.

– Я предупреждал тебя не говорить ей. Он не хотел, чтобы она узнала, – простонал Рейн, и Тесс беспомощно пожала плечами, впервые выглядя смущенной с тех пор, как я начала встречаться с ее увлечением.

– Ты соврал мне, Уэст. Я просила тебя отказаться от боя с Эпплтоном, и ты бессовестно соврал.

Толпа вокруг нас сгущалась. Люди шептались и изумленно подталкивали друг друга локтями. Непоколебимый, величественный Уэст Сент-Клер получил по заднице – и, прикиньте, от Греночки. Скоро они узнают, что свиньи тоже летают.

– Своими делами я занимаюсь сам, – сверкнул зубами Уэст.

– Как бы не так. Я тоже участвую. Я волнуюсь и не хочу, чтобы ты пострадал.

Я гордо приосанилась и говорила решительным тоном. Мне уже неважно, нарушил он обещание или нет – я не могу позволить ему покончить с собой ради денег.

– Ты мой парень. У меня есть право голоса.

По столовой разнеслось громкое оханье. Я разоблачила нас без его разрешения, но вместо смущения и стеснения ощутила лишь вспышку гнева, от которого голова закружилась.

Я невозмутимо улыбнулась, притворившись, что меня не задели охи-ахи и удивленные лица.

– Ага. Это правда, народ. Уэст Сент-Клер – мой парень. Кто бы мог подумать, да? На вкус и цвет, как говорится.

Я повернулась к Уэсту.

– Я сказала Максу, что ты не можешь участвовать в бое.

– Я могу. – Он сделал еще один шаг ко мне, и его великолепное лицо исказилось в омерзительно презрительной усмешке. – И я буду. Это вообще не твое дело, так что советую вернуться к своей небольшой пьеске, Грейси-Мэй.