Срочно меняется квартира
- Автор: Селенский Юрий Васильевич
- Год: 1980
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Срочно меняется квартира». Краткое содержание книги:
Митя, утирая лоб, благодарно поддакнул старшему механику:
— А то и как же? Строюсь. Их, рамы-то, попробуй закажи столярам, сколь слупят? А это по случаю — шабашные. И лес выдержанный — не поведет, не перекосит…
Дед сам пошел к капитану-директору, и по поводу злосчастных рам у них произошел крупный разговор, который неожиданно вышел за рамки конкретного случая и приобрел некоторую обобщенную сущность.
— Им только дай поблажку, — сурово заключил кэп, — они тебе быстро портянки на флагшток повесят и не рамы — бочку с пивом на судно прикатят.
Дед, смотревший на вещи шире, философски заключил:
— Ни шиша ты в команде не смыслишь! Таких, как Митя, из лейки поливать надо и беречь для развода. Это труженик, на которых все держится. Помножь Митю на сто тысяч раз, что будет? Народ будет! А помножь Крымку на сто раз! Знаешь, чего образуется? Ансамбль пляски и тряски — весело и лихо! А ну, давай, давай, кони-звери! Звери-люди! Бубенец… Трепло.
Так и не договорившись насчет кадровой политики, стороны молча разошлись, а рамы остались на месте. Митя в полном одиночестве, кряхтя и наливаясь кровью, один сдвинул рундук для продовольствия и под него запихал рамы. Никто о них не спотыкался, не чертыхался. И даже во время шторма крепко принайтовленный Митей рундук не елозил.
Это пустяковое событие вскоре забылось, и Митя, где-то раздобыв толстую книженцию — сборник приключенческих повестей, — подарил ее боцману. Сам Митя, кроме вывесок на магазинах, ничего не читал.
С первого же дня появления на судне Крыма Кубанского жизнь Мити усложнилась. Быстро разобравшись в характерах и натурах соседей по кубрику, Крым понял, что самой безобидной мишенью для его шуток и розыгрышей является Митя, ибо, как сказал Шамран о себе: «С меня где сядешь — там и слезешь». Однако при всей своей долготерпимости Митя однажды сильно удивил его.
Как-то старший механик послал Крыма к себе в каюту за заветным инструментом, который хранил особо. Пожалуй, единственно, что на судне запиралось, — это сейф в каюте капитана и узкий платяной шкафчик стармеха, хотя никаких ценностей, кроме парадных штанов, кителя и этой невзрачной брезентовой сумки, оберегаемой как зеница ока, здесь не хранилось. Шведские ключи, керны, отвертки, пассатижи и другие фирменные железяки, которые, как прикладной инвентарь, были положены в инструментальный шкаф еще на верфи в Бойценбурге, сохранил лишь Василий Иванович. Со всех других судов инструмент исчез начисто и покоился на дне во всех квадратах моря и на разных глубинах.
Открыв шкафчик, Крым с детской непосредственностью обшарил все углы, хотя сумка лежала на виду, но ничего интересного не обнаружил. Однако, закрывая шкаф, Крым неожиданно сделал открытие, которое сильно озадачило его.
Протягивая деду сумку с инструментом, Крым ничего не сказал, но смотрел на старшего механика так, будто у того за плечами выросли ангельские крылья.
Крым с полчаса ходил молчаливый и озабоченный и не вытерпел. Он отозвал Митю в сторонку и спросил почти с испугом:
— Слышь, Пуд, а у деда на кителе-то звездочка.
— Ну! А ты пошто китель трогал? Струмент внизу шкафа лежит?
— Да иди ты! Я ее, звездочку, потрогал, а на ней ни серпа в середке ни молотка нет. А?
— Он же, дед, Герой Советского Союза, а не Герой Соцтруда.
— А я не знал.
— Он не знал. Я с ним года два плавал, а не знал. А как-то за билетами в Аэрофлот пришли, а там хвост в три ряда. Дед сопел, сопел, а потом к окошечку протискался и какую-то книжечку сунул — три билета без звука дали… И на меня тоже.
— А чего же он звезду никогда не носит?
— На тельняшку, что ли, он ее перевесит? И перед нами красоваться будет на вахте?
Здесь между Крымом и Митей произошел некоторый разговор без свидетелей, по ходу которого Крым убедился, что сила Мите дана не только для того, чтобы носить на спине оконные рамы. И хотя нападки Крым не прекратил, но предпочитал острить на отдалении. Впрочем, это никак не отразилось ни на взаимоотношениях всего коллектива, ни на его трудовых успехах тем более.
Глава пятая
Отлежавшись малость, Митя прислушался. Присматриваться было бесполезно. Он открывал и закрывал глаза: одно и то же — непробиваемая, плотная, почти ощутимая кожей тьма. «Свихнешься тут, — подумал Митя, — или поседеешь. А за что?»
И здесь коварное сомнение настигло добрую и цельную душу Мити. А если бы исчез он — его стали бы искать? И кто полез бы? Ляля? Ляля потрепался бы и не полез, а если и зашел бы в ход, то куда быстрее Мити сообразил, что можно сидеть рядом и тянуть веревку руками. И тянул бы, морда. А потом бы трепался: «Вах! В могиле был!»