Грозовое лето
- Автор: Хамматов Яныбай Хамматович
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Виталий Сергеевич Василевский
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Грозовое лето». Краткое содержание книги:
Эти произведения в 1974 году удостоены премии на Всесоюзном конкурсе, проводимом ВЦСПС и Союзом писателей СССР на лучшее произведение художественной прозы о рабочем классе.
В романе «Грозовое лето» показаны события в Башкирии после победы Великой Октябрьской социалистической революции. Революция победила, но враги не сложили оружия. Однако идеи Советской власти, стремление к новой жизни все больше и больше овладевают широкими массами трудящихся.
Мулла дребезжащим голоском заныл:
— Инша аллах, инша аллах!
Все встали и низко поклонились мулле, как символу мусульманства, и Имакову, как личному представителю Заки Валидова.
— Завтра мы все должны разъехаться по кантонам и отметить праздник ураза байрама вместе с народом — сначала в мечети, потом в жилищах правоверных.
Самоуверенный Ягафаров выразил опасение:
— Не сочтут ли большевики наш отъезд за добровольный отказ от власти и побег?
— Не сочтут! Я скажу Трофимову. Ураза байрам — это ураза байрам, а не свадьба с кураем и плясками. Повеление Заки-агая таково: создать в кантонах подпольные отряды джигитов, склады оружия, амуниции, продовольствия, иметь в запасе табуны лошадей. К пятнадцатому июня мы вернемся в столицу ханства… Э-э, столицу республики Стерле, и здесь будем добиваться включения Заки и Юмагулова в состав правительства.
— Вернется ли Заки-агай в Башкортостан? — полюбопытствовал мулла.
— Пока неизвестно… Возвращению «отца нации» мы возрадуемся безмерно!
«Возрадуешься ли? — усомнился Сафуан. — Похоже, что сам норовишь стать „отцом нации“!..»
— А пока великий Заки не вернулся, мы, дети его, должны самоотверженно выполнять его повеления! Заки сейчас организует партию коммунистов Востока, программа ее: «Свободу всем народам Востока!» Налажены связи с ревкомами Туркестана, Татарстана, Киргизстана.
В зале послышались одобрительные возгласы.
— Завтра мы распустим всех красноармейцев по домам для празднования ураза байрама, а потом объявим их дезертирами, — естественно, что в кантонах они будут зачислены в подпольные отряды джигитов… Для связи с обкомом партии и Москвою здесь останутся Ягафаров, Гумер Куватов, Ибрагим Исхаков. А Исхак Рахматуллин будет выполнять специальное поручение Заки-эфенде, подробности коего оглашать преждевременно…
При этих словах присутствующие сделали серьезные лица.
— Агай-эне, если все понятно, то совещание закрыто.
Мулла, подняв руки к потолку, завел молитву, благословляющую валидовцев на победу, но правоверные ушли, бодро переговариваясь, посмеиваясь, предвкушая не богослужения в дни ураза байрама, а хмельные пиршества с родственниками.
«Специальное поручение? — Сафуан теперь не верил никому. — Не велел ли тебе Валидов вывезти все золото, спрятанное где-то в тайнике?..»
Конечно, Сафуан все еще желал возникновения мощного башкирского государства, сулящего ему и богатство, и высокое государственное положение, но в то же время день ото дня все яснее видел, что дела идут под откос, что народ в Валидове разочаровался. «Крестьяне получили землю, — значит, они хотят пахать, убирать урожай, разводить скот, торговать… Да на шайтана им эта партия коммунистов Востока!..» — убеждал сам себя окончательно запутавшийся Сафуан.
И он был прав — башкирскому народу Валидов и его приспешники смертельно надоели.
19
Трофимову заведующий орготделом Музафаров сообщил, что второй день пустуют кабинеты Башревкома и наркоматов, государственные деятели на работу не выходят, но и больными не числятся.
— А где Имаков?
— Неизвестно.
— Где Аухади Ишмурзин?
— Неизвестно.
— Что ж, наступило безвластие?
— Так получается, Николай Константинович. — Музафаров развел руками.
— Найдите мне товарища Кинябая, он коммунист честный, наблюдательный.
— Да я его уже искал, но и Кинябая нет ни в ревкоме, ни дома.
Днем Трофимову непрерывно докладывали, что из воинских подразделений уходят красноармейцы с винтовками и никто не пытается их остановить и разоружить. Замечено было, что и милиционеры верхом, с оружием уезжают из города в аулы.
Положение немного разъяснилось, когда в обком к исходу дня пришел член Башревкома Ягафаров, беспартийный. Позднее, через несколько дней, Трофимов доискался до причины этого визита: Ягафаров хотел и с валидовцами не ссориться, и в целях предосторожности заранее оправдаться перед Николаем Константиновичем.
В кабинете Трофимова он сопел, мямлил, проводил рукою перед своим носом неопределенные линии, словно разгонял табачный дым, но все же Трофимов разобрал из его слов, что ревкомовцы удалились отмечать с мусульманами аулов трехдневный праздник ураза байрам.
— Почему же нам не сообщили об этом?
— Имаков обещал с вами поговорить, но, значит, обманул…
— Пожалуй, надул, — согласился Трофимов.
— Ходили слухи, что вы запретили выборы делегатов на съезд в Баку.[59]
59
Речь идет о Первом съезде народов Востока в Баку осенью 1920 года.