А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]
- Автор: Тарасов Борис Николаевич
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Литагент «Знак»
- ISBN: 5-9551-0183-7
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]». Краткое содержание книги:
Подобных случаев было немало. В другом письме Глинка рассказывает:
Тогда же, в пылу самого жаркого боя, под сильным картечным огнем, двое маленьких детей, брат и сестра, как Павел и Виргиния, взявшись за руки, бежали по мертвым телам, сами не зная куда. Генерал Милорадович приказал их тотчас взять и отвести на свою квартиру. С того времени их возят в его коляске. Пьер и Лизавета, один 7, а другой 5 лет, очень милые и, по-видимому, благовоспитанные дети. Всякий вечер они, сами собой, молятся Богу, поминают своих родителей и потом подходят к генералу целовать его руку.
Теперь эти бедняжки не вовсе сироты. Вчера между несколькими тысячами пленных увидели они как-то одного и вдруг вместе закричали: «Вот наш батюшка!» В самом деле это был отец их, полковой слесарь. Генерал тотчас взял его к себе, и он плачет от радости, глядя на детей. Мать их – немка – убита. Рассказать ли тебе об ужасном состоянии людей, которые давно ль были нам так страшны?…[392]
Таким образом, Глинка и в «Письмах русского офицера» явно противопоставляет «чужую» – французскую – культуру «своей» – русской. Если первую за ее нравственное разложение он критикует, то второй он, безусловно, восхищается. Он с гордостью говорит о русском национальном характере, в котором в годы войны с Наполеоном проявились лучшие черты. Демонстрируя на поле боя чудеса мужества, храбрости, отваги, русские, в отличие от французов, сумели сохранить человечность. Испытывая к недавним врагам жалость, они, порой даже в ущерб себе, великодушно проявляли по отношению к ним заботу, доброту и милосердие.
Неудивительно, что Федор Николаевич всегда оставался патриотом, восхищающимся всем истинно русским. Причем эта любовь ко всему русскому была определена прежде всего его православной верой. Об этой обусловленности говорит и крупнейший современный глинковед В. П. Зверев: «Православные традиции русской литературы – это духовный источник и атмосфера, в которой вызрело сердцевинное зерно таланта, а затем и все обилие многоцветного художественного мира Федора Николаевича Глинки»[393]. Православная вера, по мысли Глинки, является стержнем русской культуры, и именно этот стержень, эта основа отсутствует в «чужой» культуре, в которой царит абсолютная безнравственность, определяемая безверием. Эти идеи и настроения позволяют считать Ф. Н. Глинку предтечей славянофилов.
В. П. Зверев
Общность духовно-эстетических взглядов Ф. Н. Глинки и А. С. Хомякова
В сознании современного образованного человека под влиянием многочисленных литературных источников сложился образ А. С. Хомякова в окружении нескольких постоянно повторяющихся из статьи в статью и из книги в книгу имен, среди которых вряд ли встретишь Ф. Н. Глинку. Однако этих двух русских поэтов и мыслителей связывало много общего как в области духовной, так и в эстетической.
Думается, что до сих пор с достаточной полнотой не уточнен круг деятелей русской литературы, а точнее – представителей нашей национальной культуры, которых можно отнести к такому существенному и во многом определяющему ее самобытность духовно-эстетическому пласту, обозначаемому термином «славянофильство». В этом есть свои трудности, на которые обратил внимание еще протоиерей А. М. Иванцов-Платонов в предисловии к пятому тому сочинений Ю. Ф. Самарина.
Как слагалось и развивалось славянофильское направление внутри кружка, – писал он, – какие стороны в нем вырабатывались по преимуществу тем или другим деятелем – это, конечно, могло быть известно лицам, принадлежавшим к направлению или имевшим к ним ближайшие отношения. Людям позднейших поколений, и вообще не имевшим непосредственного отношения к развитию славянофильского учения в сороковых и пятидесятых годах, можно было бы, кажется, составить понятие об этом развитии при помощи общих литературных приемов, т. е. главным образом на основании последовательного появления в печати тех или других статей и исследований, выражающих сущность славянофильского учения. Однако ж такой прием в данном случае оказался бы совершенно неприемлемым. Дело в том, что писатели славянофильского направления не принадлежали к таким литературным деятелям, у которых как скоро появится какая-нибудь мысль, так в то же время и развивается она в известной статье, предназначенной для печати. Изучение намеченных сторон для выработки общего воззрения шло в этом кругу безостановочно; мысли роились, в частных собраниях кружка подвергались горячему и разностороннему обсуждению; а в печати эти мысли развивались кем-нибудь из членов кружка гораздо позже и иногда, может быть, вовсе не тем, кому главным образом принадлежало начало мысли[394].
392
Там же. С. 173.
393
Зверев В. П. Федор Глинка – русский духовный писатель: Монография. М., 2002. С. 34.
394
Иванцов-Платонов А. М. Предисловие // Самарин Ю. Ф. Сочинения. Т. 5: Стефан Яворский и Феофан Прокопович / Издание Д. Самарина. М., 1880. С. XVII – XVIII.