Охотник [litres][The Naturalist]

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

Пули со звоном дырявят полицейскую машину. Гленн дергается и громко стонет. Пуля угодила ему в бок. Я готов выпрыгнуть из скорой, чтобы помочь ему.

— Не высовывайся! — рычит он сквозь стиснутые зубы и перезаряжает карабин.

Он снова стреляет, Джо Вик стреляет в ответ. По груди Гленна расплывается алое пятно, и он падает. Я вываливаюсь из скорой, хватаю его карабин, бегу к двери, но у меня подворачивается нога, и, еще не упав, я понимаю, что в меня тоже попали. Я падаю ничком и разбиваю подбородок об асфальт.

Когда я поднимаю голову, перед глазами стоит туман. Но все-таки я вижу его — в первый раз. Между нами метров двадцать. Моя первая реакция — не страх и не шок. А восхищение. Джо — огромен и весь с головы до ног одет в броню, на лице маска — железный щиток с узкими прорезями, в боевой раскраске. На закрытой кевларовым жилетом груди красуется ожерелье из медвежьих когтей. На поясе у него я вижу стальные когти и чувствую, как ему не терпится пустить их в ход. Он медленно направляется ко мне, целясь из автомата мне в грудь. Он бы уже мог выстрелить, но играет со мной. Как кошка с мышью. Ему нравится смотреть на мою реакцию, когда я вижу его впервые.

Я опираюсь на здоровое колено и ползу к скорой. Джиллиан хватает меня под мышки и втаскивает внутрь через заднюю дверь. Я вижу, как у нее расширяются глаза, когда она замечает Джо.

— Видела?

— Да. — Она рвет мою штанину и осматривает рану. — Лучше помогай. Говори, что мне делать!

— Он… — У меня не хватает слов.

— Тео! Помогай! — кричит она.

Я смотрю в окно на движущуюся тень Джо, подходящую все ближе. Каково это — быть причиной стольких смертей? Может, он считает, что уже перестал быть человеком? Стал богом в тесной оболочке? Есть ли у него еще какие-то чувства? Или остались только чистые реакции?

Слишком много вопросов.