Евгений, Джек, Женечка

— О разводе вы ему не сказали.

Джек гладил мои локти и больше ничего. А я держала у его груди чашку и не сделала больше ни одного глотка.

— Женя, ты сам сказал: не мучай ребёнка, возвращайся в Москву.

— Я же не знал, — перебил Джек.

— Теперь знаешь, почему я этого не делаю, почему продолжаю мучить ребёнка. И ты, вместо того, чтобы помочь, мучаешь его ещё больше…

— Чем? — снова перебил Джек. Тем же тоном, что до того Ярик. — Тем, что прошу не быть свиньей?

— Я его таким воспитала. Я сама ничего по дому не делаю. Джек, так мы живем. Я найду помощницу. На даче просто сделать это сложно.

Джек убрал руки, уставился в пол — в зазор между его животом и моими ногами.

— У вас круглосуточная прислуга была? Или вы чай вечерами не пили?

— Я убирала чашки, извини. Я последние три года работала из дома. Но я работала, и у меня реально не было времени на хозяйство и… В любую свободную минуту лучше побыть с семьей, чем с тряпкой. Это намного дороже платы за помощь по дому. Джек, я готовить не умею, я предупредила. И не люблю это делать. Мне сейчас нужно суп поставить вариться, а я не хочу… И у меня нет сил. Я хочу просто упасть в кровать и спать.

Джек поднялся и протянул мне руку — я подала свою, не задумываясь, но он так резко поднял меня с кровати, что из моей кружки выплеснулся чай: хорошо, не на меня. А Джек будто и не заметил этого, сорвал покрывало и принялся менять постельное белье.

— Я заберу себе это, — буркнул, оставшись ко мне спиной. — Можешь ничего не готовить. Омлет я в состоянии сделать сам. Ну а обед твоя нянька приготовит. Матери как-то справляются и с домом, и с детьми. Я ей доплачу. А мнения Ярослава я больше спрашивать не буду — поедет завтра со мной и точка.