Азенкур: Генрих V и битва которая прославила Англию
- Автор: Баркер Джульет
- Язык: русский
- Год: Самиздат
- Жанр: История
Электронная книга - «Азенкур: Генрих V и битва которая прославила Англию». Краткое содержание книги:
Задерживаться в Бланш-Таке не было смысла, поэтому Генрих отдал приказ двигаться, и армия снова отправилась в путь, повернув на восток и взяв курс на южный берег Соммы в направлении Аббевиля. Готовясь к их приближению, эта древняя столица Понтье, которая уже дважды подвергалась английской оккупации, в 1340 и 1369 годах, мощно укрепила свои оборонительные сооружения: было установлено 12 пушек, заготовлено почти 2200 орудийных ядер и огромное количество пороха, а также в город прибыл большой отряд из армии, собравшейся в Руане. Это был не простой гарнизон, как в Арфлере. В Аббевиле были расквартированы знатнейшие люди Франции: коннетабль д'Альбре, маршал Бусико, граф Вандомский, который был главным управляющим королевского дома, Жак де Шатильон, сир де Дампьер, который был адмиралом Франции, Артур, граф Ришмон, который был братом герцога Бретани, и Жан, герцог Алансонский. Предупрежденные об этом гасконским пленником, англичане должным образом держались на почтительном расстоянии, обогнув Аббевиль и остановившись на ночь в Байоль-ан-Вимеу в трех милях к югу.[455]
На следующее утро они сменили курс и двинулись на северо-восток в надежде использовать мост у Пон-Реми. Там они не только обнаружили, что мост и различные дамбы через Сомму были разобраны местным гарнизоном, но и впервые увидели значительные силы французов, собравшихся на противоположном берегу. Хотя англичане этого не знали, перед ними стоял отряд, возглавляемый отцом и братьями Рауля де Гокура, и в своем стремлении отомстить за позор, нанесенный ему, они выстроились в полном боевом порядке, "словно готовые вступить с нами в бой там и тогда". Даже капеллан, робкий по натуре, мог понять, что это всего лишь позерство: "Тот факт, что река в этом месте имела широкое болото с обеих сторон, не позволял ни одному из нас подойти ближе, так что ни один из нас, даже если бы он захотел это сделать, не смог бы нанести ранение другому".[456]
Началась смертельно опасная игра в кошки-мышки. Когда англичане продвигались все дальше и дальше в глубь Франции, все отчаяннее ища место для переправы через реку, на противоположном берегу их настигла тень французских войск под командованием Бусико и д'Альбре, которые были полны решимости помешать их переправе. "В то время мы не думали ни о чем другом, кроме этого, — вспоминает капеллан — что по истечении восьми дней, отведенных на поход, и после того, как кончится провизия, враг, хитроумно спеша вперед и опустошая сельскую местность впереди, навяжет нам, голодным, острую нужду в пище. И в верховьях реки, если Бог не даст иного, со своей огромной и бесчисленной армией и имеющимися в их распоряжении боевыми машинами и приспособлениями одолеет нас, столь малочисленных, как мы, ослабевших от большой усталости и немощных от недостатка пищи". 15 октября — на восьмой день марша и в день, когда они должны были достичь Кале, — англичане находились почти в тридцати пяти милях от запланированного прибрежного маршрута, и каждый шаг все дальше отдалял их от цели. Уставшие, голодные и подавленные, англичане могли только молиться о том, чтобы Пресвятая Дева и Святой Георгий, под чьими знаменами и под чьей защитой они шли, ходатайствовали за них перед Верховным Судьей и избавили их от мечей врага. Мечты о славе, завоеваниях и грабежах были забыты. Оставалась только одна надежда, что в конце концов они благополучно доберутся до Кале.[457] В тот день они сделали еще один крюк, чтобы избежать большого бургундского города Амьена, столицы Пикардии, с его сетью маленьких каналов и садовыми предместьями, расположенными посреди болот. Вспомнил ли Генрих V, любуясь парящими белыми стенами и пинаклями великолепного собора XIII века, что его прадед, Эдуард III, некогда принес оммаж за Аквитанию Филиппу VI Французскому в этом самом месте? Если и так, то от него не могла ускользнуть ирония в том, что это была та самая неразрешенная ссора, которая привела его в Амьен восемьдесят шесть лет спустя.
455
Ibid.; GHQ, pp. 64–7; W&W, ii, p. 112; Cagny, Chroniques, pp. 97–8.
456
GHQ, p. 67; Monstrelet, iii, p. 96.
457
GHQ, p. 67. Несмотря на то, что Водемон ставил патриотизм выше политических интересов, он погиб при Азенкуре.