Подземелья Лондона

— «Мы втроем», — пробормотала Матушка, изучая записку. Значит, Клара в безопасности — по крайней мере, пока.

Финн все еще стоял у окна, глядя на нее, и Матушка кивнула, подняв руку с запиской вверх, чтобы показать парнишке, что послание получено. Богато отделанная карета, сверкая золотом, прокатила мимо, заслоняя обзор, и Матушка отступила на пару шагов, чтобы выглядеть не так подозрительно. Кучер, впрочем, не обратил на пожилую леди никакого внимания. Однако в карете был человек, который заметил Матушку сразу, — негодяй Шедвелл, у которого от изумления отвисла нижняя челюсть, когда он осознал, что видит на лондонской мостовой оставленную им на верную погибель женщину.

Клара сидела в карете напротив Шедвелла и — Матушка Ласвелл была уверена — взглянула на улицу, когда голова злодея дернулась: локоть девочки мигом взлетел к окну. А лицо ее, как обычно, наполовину скрытое темными очками, осталось неподвижным. И Матушка с радостью поняла: похитители все еще убеждены, что Клара полностью слепа. Умная девочка! А вот она сама дала маху — капор напялила, как шляпку, на затылок и даже не попыталась замаскироваться.

Карета проехала мимо, сбавляя ход, и остановилась перед коваными воротами. Возница отпер замок, но въезжать во двор явно не собирался, поскольку едва приоткрыл створки. Матушка Ласвелл быстрым шагом направилась подальше от дома по Лазарус-уок. В конце квартала она оглянулась и увидела, что Шедвелл высаживает Клару из экипажа.

В это мгновение мимо Матушки Ласвелл по середине улицы, словно молодой олень, промчался мальчишка в форме офисного посыльного. Он пронзительно свистнул — Шедвелл оглянулся, подождал юного гонца, а в следующую секунду оказался на козлах кареты. Матушка струхнула, но злодей погнал лошадей галопом в другой конец квартала. Кучер увел Клару за ворота, а мальчишка отправился в обратный путь без всякой спешки.