Зона отчуждения

л с него джинсы, когда он немного приподнялся, давая молчаливое разрешение. Потом стянул с него носки. Правда при этом его глаза были прищурены, и взгляд говорил об одном: "И что ж мы задумали-то, а?" А что мы могли задумать? Все тоже, что и до этого... Я хотел заставить Зверя кончить только от моих губ, языка, пальцев... Хотел довести его одной лаской до убойного оргазма. Я не стал пока снимать с него боксеры. Знал, что белье иногда больше помогает, чем мешает. И сейчас я хотел начать игру именно так. Е-мое... Какой же под ними был замечательный стояк!.. Я лыбился, касаясь его губами, чуть ближе к головке, замечая как дрожат губы у Свята, наблюдавшего за мной. Чмокнул его живот поверх резинки боксеров, и он рефлекторно его втянул. А потом я приподнялся, и, протиснувшись между его ног, устроился там, заставил согнуть в коленях, погладил внутреннюю сторону бедер, склонился и поцеловал везде, где только что касался пальцами. Свят замер, так и опираясь на руки, пялясь на меня, напряженный дальше некуда. Блин... Ну как будто я ему его причиндалы отгрызть собираюсь, да? Усмехнулся и полез вверх по нему, успокаивать мое невыносимое существо. Ткнулся носом в его щеку, поцеловал подбородок. - Эй, расслабься, а? Ляг нормально и получай удовольствие... Я заставил его разогнуть локти, и он наконец-то лег на спину. - Вот так будет лучше, - я вернулся к его паху. - Сам какого черта в штанах? - он потрепал меня по волосам, и я усмехнулся: - Это гарантия того, что я, когда, стягивая с тебя боксеры, неминуемо сдвинусь по фазе, приду в себя раньше, чем начну тебя трахать. - Боже мой, как же все сложно, Ангел! - Вот так вот, милый, да-а-а, - я лизнул ямочку на его груди, и тут же накрыл языком верхнюю губу. - Блять... Ди-и-ин... Не выводи, а? - низко, хрипло, до дрожи сексуально, с ошалелым взглядом темных глаз. - Выебу... - Тшшш... Не сегодня, и не сейчас. - Да? Тогда не напрашивайся на это... Понял? - Угу, понял, - промурлыкал я, и немного оттянув край боксеров, открыл себе небольшой доступ к его мошонке. - Ой... - сказал Святуся, когда я ее коснулся языком. - Сдохнуть, без волос, не колется... Крем? - ворковал я между поцелуями, вспоминая собственный печальный опыт депиляции маминым кремом перед первым сексом с Яном, и как я потом дико чесался.... Уххх... А тут все было сделано явно по уму, без раздражений и чесаний. - Угу, крем, - сквозь зубы проговорил Свят и положил руку на мою, лежащую у него на животе, сжимая ее так нехило, когда я втянул губами мошонку, облизывая ее при этом. - Бля-я-я... Ди-и-ин... И его рука потянулась к паху. - Нет, - я отвел ее в сторону. - Не надо. Он зарычал, и послушно, но яростно, вцепился в плед. - Хороший мальчик, - я, улыбаясь, медленно целовал его бедро, двигаясь к коленке. И вставляя между поцелуями слова: - Ты. Хотел. Нежности. Зверь. Мой... Так терпи... - М-м-м... Ты... Садист... - выдохнул он. - Господи! Это я запустил язык в сгиб под коленом. - Тшшш... Ты просто привык держать все под контролем... С ним. А со мной привык бороться. Поэтому сейчас так непривычно при-ни-мать. Свят помотал головой. - Дин, пожалуйста... - Пожалуйста, что? Тебя трахнуть? - я гладил его яйца, сам еле сдерживаясь от шипения. - Дрянь, ну? Кончить мне дай, а? Ну хоть как-нибудь! Допиздишься же... О'кей. Шутки кончились. Он притянул меня к себе за шею, впился поцелуем в рот, кусая губы, так агрессивно и жарко, что из глаз посыпались искры. Нет, я знал, что это просто порыв, и сейчас он мне позволит изводить себя дальше, но как бы там ни было, характер не спрячешь. И я больше на интуитивном уровне чувствовал, что этими выпадами, он дает ощущать нам обоим свою силу, и, может быть, поневоле, и свою "сучью" натуру, которую рядом со мной показывал всегда. От которой и в дальнейшем отказываться не собирался. А мне это и не было нужно. Это мой невыносимый монстр. Мое создание невозможное... Умеющее иногда быть для меня пушистым котенком... И я люблю его именно таким. Разным. От такого Свята мне клинило и будет клинить мозг... Он отпустил мои губы, и я их облизал, улыбаясь, пытаясь при этом восстановить сбившееся дыхание. Его рука мяла мой пах, вцепившись в джинсы. - Сни-и-ими... Сейчас же, бля... - процедил сквозь зубы. - Или сам сдеру... А в этом уже никто и не сомневался. Так... Все-таки начинает пахнуть трахом, мать его! И мне сегодня явно отдадутся с удовольствием, что не могло не радовать. Я, стоя на коленях, стянул с себя остатки одежды, откидывая подальше, а когда потянулся к носкам, то этого уже мой Зверь не вынес и под протяжный стон перемешанный матами, я был схвачен за руку и притянут к нему. И так, что через секунду стоял над его лицом на четвереньках, вздрагивая от горячих губ и языка облизывающих и сосущих мой член. - Боже ж ты мой! - вырвалось просто, когда он по максимуму загнал его себе в глотку и я попытался двинуться назад. - Что ж ты творишь! А свободная руки ласкала мои бедра, ягодицы, пока я невольно трахал в рот своего монстра, уже мало себя контролируя. И смотрел, как мокрые губы обхаживают мой ствол, как они двигаются по нему вперед - назад, видел, с каким удовольствием Свят сосет и облизывает, оставляя слюну на нем, помогал себе рукой. А потом, когда я уже был на пределе и понимал, что меня намеренно доводят до оргазма, он, дрянь такая, облизал свои пальцы и тут же я их почувствовал у себя в заднице... Ну и что? А ничего... Вернее - все! Мать его... Это уже был предел. Сопротивляться ни этим пальцам, вытворяющим со мной все, что они хотели, ни накатывающему оргазму, я уже не мог, как бы не старался. Я был открыт для него по максимуму, с раздвинутыми коленями, опираясь на руки, в которых была нехилая дрожь, и уже мог только тихонько скулить от кайфа и материться хриплым шепотом, глотая буквы, дыша через раз, от бессилия перед этим чудовищем, доводившим меня до умопомрачительного состояния нирваны... И за оргазм уже был готов убить... Это я и ему обещал. Я это помню... На что он просто начал касаться простаты, давая мне то, чего я ТАК жаждал. - Ну, давай котенок... Я хочу... Я всхлипнул, и кончил ему в рот, когда он продолжал мучить меня губами и языком... А его пальцы так и оставались все это время во мне, надавливая и гладя... И я уже не понимал, то ли насаживаюсь на его пальцы, желая их чувствовать в себе как можно глубже, или это я так от души кончая, решил моего Зверя оттрахать в рот по самые гланды... Ай... Впрочем, неважно. Главное, что все это было в кайф не только мне... И когда я, обмякая, такой мокрый и обессиленный просто сполз на него, наваливаясь сверху, то почувствовал, как мне упирается в задницу его о-о-очень возбужденная часть тела. - О... Не-е-ет... - по-моему, я это все-таки не просто подумал, а прокряхтел вслух, потому, что чудовище, смеясь, обнимая, убирая прилипшие волосы со лба, выдало: - О, да... Но не я тебя, маленький... Ты. Меня... Ого... - Сука... Я же ни... ник... никакущий... - Ха! Нашел причину... Сейчас несколько минут и... Я же тебя знаю, Ангел мой! Поиметь Свята для тебя о-о-очень возбуждающая перспективка... А я хочу... Ну, я же говорил? Я усмехнулся, чувствуя, как мягкое тепло шевельнулось в паху. О, йессс... Этот гаденыш знал меня не хуже, чем я сам, по крайней мере, в сексе, в желаниях... - Говори еще, - потребовал я, понимая, что имею право просить все, что хочу. И он не сможет сказать "нет". - Я хочу, Дин... Хочу, чтобы ты меня трахнул, - он перебирал мои волосы одной рукой, второй гладя по спине и плечам. - Очень хочу. - На хера ж ты тогда мне кончить-то дал, а? - я касался пальцами лейкопластыря на его руке, тихонько поглаживая. - А затем... - Зачем? - Ну... Я хочу, чтобы это было как можно дольше. А сейчас ты был вздрючен не на шутку. - Сволочь ты. - Нет... Я просто. Тебя. Хочу-у-у. В себе... Долго. Я улыбался. Я таял. Мне уже хотелось начать тереться об него всем телом, и потихоньку, но явно оживавшим, членом. - Гад... Ты же боялся, что орать будешь, а? - напомнил я и Святуся поиграл бровями: - Но кто-то мне обещал рот губами закрывать, нет? - Ну да, помню. О'кей. Слушай, мы измажем всю постель... Давай снимем плед, да? И сейчас бы презик, для полного счастья. - Будет тебе полное счастье. Меня чмокнули в макушку, чуть отстраняя, скатываясь на край, засовывая руку куда-то под матрас, шаря там с умным выражением лица, как будто выискивая философскую истину, а не резинку, и радостно гыкнув, через пару секунд протянули мне на ладошке когда-то заныканный презерватив. - Во... - О-па! - я сцапал это резиновое изобретение человеческого гения, сжимая в пятерне, наклоняясь над ним, глядя в хитрющие глаза. - Обалдеть... Ты мое ходячее чудо. - Ну да... Я такой. А ты... Как там? Рука потянулась к моему уже наполовину возбужденному члену, отполированному его ртом со всей тщательностью. - О-па... А я другого и не ждал! Хочешь Святусю, да? Хо-о-очешь, сволочь. - В.С.Е.Г.Д.А... И не сомневайся... - Не сомневаюсь, - глумливая улыбка на всю симпотную морду и, в общем-то, дельное предложение: - Ну что? Давай уж доведу тебя до кондиции, - и медленно, снизу вверх, к пальцам, пошло облизанная ладошка, тут же легшая на мой член. Несколько уверенных движений под мое судорожное дыхание, и все. Я был уже замечательно готов к тому, чего так хотел Свят. Не мешкая, забрал у меня упаковку с резиной и, разорвав ее зубами, сам на мне презик и раскатал. А потом вытащил из-под подушки смазку, сунул мне ее в руки, бесцеремонно притянул к себе за шею, чмокнул в губы: - Действуй... Вот так оно, блять... И я начал "действовать". Под его пристальным взглядом. Применил смазку куда надо, и демонстративно нанес ее поверх презика, оттянув пустой кончик резины. Свят нервно хихикнул. - Боишь�