Ритмы улиц

Но именно Малышкина, в итоге, её же и закопала. Вместе с рыжей мышью, которая посеяла зерна сомнения в ее парня. Потому Ира и начала смотреть в другую сторону — чтобы в случае чего не остаться у разбитого корыта. Ну и еще от скуки — из-за постоянных репетиций у Андрея совсем не было на нее времени. Брюнетка начала чувствовать себя ненужной, нежеланной. Ей хотелось просто размяться и убедиться лишний раз в своей неотразимости. Ведь она была уверена, что Андрей с поводка не сорвется, а вот попадутся ли другие? Попадались, охотно и регулярно. Настолько, что Ира захмелела от мужского внимания и потеряла бдительность. И это вышло ей боком.

Но Кузьмина понимала, что сейчас связи с другими мужчинами были лишь предлогом. Андрей всё равно бросил бы её в этот вечер. Из-за неё. Из-за Маши.

— Так это правда? — после почти минутного молчания спросила Ира, — Ты действительно заделал Золотцевой ребенка?

Андрей чуть поморщился от этого слова «заделал». Оно было слишком бездушным и каким-то мелочным. Хотя, со стороны вся эта ситуация именно так и выглядела — случайный залет из-за секса по дикой пьяни. Но для Данчука это было не так.

Однако, он не стал ничего объяснять Ире, ограничившись лишь кивком. Ира, вспыхнув, не сдержалась и всё же залепила Андрею звонкую пощечину — уже вторую за этот вечер. Данчук стерпел, как и в прошлый раз — понимал, что это плата за его ошибки, грешки. А самое главное — сейчас он этими ударами и срывами покупает свою свободу. Оно стоило того.

— Я надеюсь, что она никогда не примет тебя! — прошипела Ира, буквально кипя от злости, — А если и простит — то тогда ты сам уйдешь, наигравшись с этой мышкой. Но счастливы вы не будете.

Данчук на это лишь безмятежно улыбнулся, делая шаг назад. Сверкнув своими светло-зелеными глазами, парень сказал, глядя на девушку:

— Знаешь, а я тебе, наоборот, желаю всего хорошего. Хочу, чтобы ты была счастлива. Правда.

А после он вышел. Плотно и, как он был уверен, навсегда закрыв за собой дверь в свою прошлую жизнь.