Ритмы улиц

Если перед дверью Маши Андрей еще мялся и думал, стоит звонить или проще уйти, то стоя на лестничной клетке перед жильем его без пяти минут бывшей девушки, парень не колебался ни секунды. Данчук уверенным жестом утопил кнопку звонка и почти с удовольствием слушал, как заливистая трель оповещает о том, что у Ирины нарисовался новый гость. Минута звук шагов, шорох ключа — и перед парнем предстала, как всегда, эффектная брюнетка. Даже дома она старалась выглядеть на все сто — короткие джинсовые шорты, обтягивающая плотная черная футболка, идеально накрашенные глаза и уложенные волосы. Вот только взгляд другой — надменный, изучающий. На своего парня она так раньше никогда не смотрела.

— Пришел? — холодно спросила Кузьмина.

Андрей окинул себя взглядом, пощупал — на всякий случай — и кивнул, усмехаясь:

— Как видишь. Впустишь? Или на пороге говорить будем? Порадуем соседей.

Хмыкнув, брюнетка всё же посторонилась, впуская парня в тепло своей квартиры. Данчук привычно огляделся, подмечая, что всё здесь такое знакомое и изученное за этот год. Вон ту картину — простой натюрморт с фруктами — он лично вешал, потому что Кузьмина не умела обращаться с молотком и гвоздями, и боялась испортить маникюр. А вот та толстовка, рукав которой торчит из шкафа-купе — его подарок на день всех влюбленных. Андрей никогда не любил все те банальности, которыми обычные пары пичкают друг друга, поэтому четырнадцатого февраля потащил свою девушку на хип-хоп баттл, на котором и вручил элемент гардероба. У него, кстати, была такая же кофта — всё же отголосок романтики в себе побороть Данчук не смог.

Все эти кусочки паззла составляли в итоге всю их совместную жизнь. И парню бы расстроиться, ведь он своими руками собирается это всё разрушить. Но Андрей испытывал какие угодно эмоции — злость, разочарование, эйфория, предвкушение — что угодно, кроме расстройства и грусти.

— В общем, — не стал ходить вокруг да около танцор, поворачиваясь к Ире, — Думаю, ты итак понимаешь, почему я пришел?

— По всей видимости, не просить у меня прощения за измену? — вскинула брови Кузьмина.

— Я могу извиниться, — не стал спорить Андрей, — Это действительно было непорядочно и недостойно мужчины. Но вопрос в том, сможешь ли ты принести извинения в ответ? Не то, чтобы они были мне сильно нужны, но всё же.