Византийская армия (IV — XII вв.)

5. ПРЕОДОЛЕНИЕ ВОЕННОГО КРИЗИСА В ВОСТОЧНОЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ

Правление Феодосия I (379–395 гг.). После поражения армии Валента под Адрианополем восточная половина Римской империи оказалась в очень тяжелой ситуации: не только императорская армия была почти полностью уничтожена, но и многие Балканские провинции подверглись беспощадному опустошению (Amm., XXXI, 16, 7).

В 379 г. поддерживаемый Грацианом Феодосий еще пытался победить готов оружием, однако, оставшись без поддержки западных войск, с конца 380 г. он кардинальным образом изменил свою политику в отношении варваров. По всей видимости, Феодосий осознал свое бессилие продолжать один на один борьбу с врагом и предпочел привлекать на свою сторону отдельных готских вождей. В начале 381 г. на службу к Феодосию перешел готский король Атанарих вместе со своей дружиной (Jord., 142)[837]. После смерти Атанариха все его люди остались на службе у Феодосия, «слившись как бы в одно тело с римским войском» (Jord., 145)[838]. Помощь готов позволила Феодосию нанести поражение скирам и карподакам, переправившимся через Дунай в 381 г. (Zos., IV, 34, 6).

На следующий год Феодосий вступил с остальными готами в переговоры, которые завершились мирным договором[839]. Варвары получили земли для поселения в Нижней Мезии и Фракии. Конкретные условия достигнутого соглашения нам неизвестны. Большинство современных исследователей считает, что готы получили права федератов. Однако сам термин foederati, обозначающий племенные группы, получавшие право на поселение в Империи в обмен на военную помощь, не встречается в источниках времени правления Феодосия. Впервые он упоминается в эдикте Гонория от 406 (CTh, VII, 13, 16).

По мнению ряда специалистов, соглашение 382 г. положило начало новой эпохи в отношениях между Империей и варварами и заложило юридические основы для интеграции германских племен в римский мир. С другой стороны, оно создавало угрозу территориальной целостности римского государства и возникновению внутри него варварских автономий, практически неподконтрольных центральной власти. Тем не менее если мы проследим за тем, как развивалась ситуация во взаимоотношениях между Римской империей и варварами на протяжении столетий, то станет ясно, что договор 382 г. — логическое продолжение политики иммиграции, проводившейся римским правительством с незапамятных времен. Достигнутое соглашение с готами не предусматривало никаких существенных изменений в юридическом плане, и лишь практическая невозможность выполнения его условий привела к дестабилизации и новым военным столкновениям[840].