Королевский тракт

— Послы Ингвара Треверского простят позволения войти, — громким, хорошо поставленным голосом возвестил специально назначенный благообразный слуга, в остальное время руководивший цитадельной обслугой.

— Пусть войдут! — церемониально разрешил хозяин.

Среди фризов, как и в земном Средневековье, считалось очень важным хорошо выглядеть, что называется «на людях». В этой идее, конечно же, нет ничего непривычного жителю земного XXI века, хотя захватившие мир — сегодняшние идеи о «лишь бы удобно» — в Средние века воспринялись бы, как некое болезненное отклонение.

Фризы, и особенно их воинская элита, практиковала стандарты «красоты», приличествующие, скорее уж чернокожим рэперам или сутенерам, чем высокопоставленным послам могущественного правителя.

Конечно же, самой важной деталью наряда было оружие и броня, но множество украшений, подобранных по принципу, чем массивнее и, соответственно, богаче, тем лучше, создавали довольно причудливое зрелище на земной взгляд.

Вошедший треверский посол да и его сопровождение, блистали, как новогодняя елка. Одного только золота на нем было, наверное, килограмма два. Плюс серебряные украшения, плюс щедро украшенное оружие…

Но ни один из мужчин в зале «не обратили на это внимания». В нашем понимании, в смысле — даже на секунду не осудил все это великолепие. Потому что на самом деле, каждый из мужчин-ивингов внимание как раз обратил, оценил, и в большинстве своем — крепко позавидовал.

Все они были воинами, и куда притягательнее в их глазах выглядела тщательно начищенная стальная кираса, руки и ноги заключенные в такой же блистающий и надежный металл. Ну и посеребренные звенья кольчуги, виднеющиеся на неприкрытых откованными пластинами участках тела.

Все вместе это создавало потрясающую картину!

Идеально схожие между собой наряды сопровождающих, выдающие в них членов единого отряда, на этом фоне выглядели уже не так примечательно, хотя в обычной ситуации любому было бы понятно, что в их броне не стыдно появится, было даже правителю.

— Ярл Эрвин, славный и мудрый, мой господин шлет тебе привет и сердечное уважение! Желает роду твоему процветания, и сообщает. Семь дней назад, благородные мужи треверов, тулингов и убиев собрались в храме Нойхофа. Оглянулись они на земли Эйдинарда, где расселились их предки, и предки их предков, и многие поколения других людей их крови, и сказали они, что мир изменился, но братья их не хотят замечать того!

Посмотрели они на Запад, на земли тубантов и кинефатов, и не увидели в них исполнения старых, установленных предками и освященные богами обычаев. Оглянулись на Восток, и ужаснулись кровавой бойне, что отринув доводы разума, развязали тамошние племена.

Неся ответственность перед богами, предками и ныне живущими братьями и сестрами, сказали они: раз мир больше не тот, что прежде, то закрывать глаза на такое беззаконие далее не можно! Склонились они перед моим господином, и попросили его принять титул «конунга» трех племен и иных народов, что поклялись ему в верности за Великим хребтом! Выслушав благородных мужей, Ингвар Треверский решил склонить слух к их мнению и исполнить эту просьбу. Заботы о благополучии новых детей своих, он будет исполнять под именем Ингвара «Первого» этого имени. О чем тебя, своего доброго друга и, смеет надеяться, что будущего родственника, он и извещает моими устами…