На кончиках твоих пальцев

Как бы это ни было странно, единственное, что меня поражало во всей этой ситуации это то, что в последнее время люди, окружающие меня, были потрясающе единодушны в том, что мне необходимо становится сильнее и бороться за свою цель. Неважно, что каждый из них видел мою цель по-своему, но это нерушимое желание в самом деле поражало. Если бы судьба давала намеки, то это были они, и значило это, что любую слабость нужно было удавить в зародыше, вырасти и выпорхнуть, заявить о своем таланте и определенно осчастливить большинство из тех, кто по-настоящему хотел для меня успеха. Но я точно была уверена в том, что минуты моего триумфа не имеют ничего общего с представлениями в голове Эльвиры Тихомировой. Мое внутреннее «я» не требовало ничего, что поставило бы меня под блеск софитов ради самих огней, ради их тепла и чувства удовлетворения, что именно я, «никто» из собственной серой вселенной, завладела этим местом и добилась всеобщего внимания. Цель была куда как меньше и интимнее, но гораздо значимее.

Делать то, что я люблю, чтобы быть счастливой и подарить счастье тем, кто оказался настолько внимательным, что разглядел за чьим-то неприметным миром большую, невообразимо яркую возможность.

Я никогда не боролась до этого, предпочитала не страдать и оставаться глубоко несчастной, подчиняя свои желания чужим видениям правильного для меня. Может быть, люди, окружившие меня сейчас, передали мне элементы своих сил, несокрушимой храбрости и стойкости, уверенности и наплевательства даже на тех, кто мне близок и дорог. Я наступала на глотку страху, делала большой шаг в сторону от понимания родных и висела на волоске над пропастью, в которую неминуемо сорвалась бы, если бы моя решимость хоть на секундочку поубавилась. Но сердцами тех, кто верил в мой талант, я держалась и шла, не закрывая глаз, впервые начиная бороться со страхами в открытом бою.

И далеко не Эльвира Тихомирова была сейчас главный для меня конкурентом, а я сама, мой купол, мои привычки и моя слабость. И теперь я понимала, что большой талант требует больших стараний, даже, может быть, больших, чем менее сильный. Труд, самоотдача и уверенность. И большая храбрость.

– А что, если ты ошибаешься? – смело выдохнула я в ядовитую атмосферу, распростертую вокруг Эльвиры. Та забегала глазами, пытаясь понять, почему я в меньшей степени напугана и по-настоящему равнодушна за свою судьбу, которую она взяла на мушку, – Что ты будешь делать, если я окажусь фавориткой, а не побежденной?

– Я этого не допущу.

– Я даже готова пойти дальше.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно, но заинтересованно спросила Эльвира, спесь которой смешалась с вызовом и недоумением.

– Что и твое сердце в итоге сдаться мне. Я не шучу, – поспешила я добавить, увидев усмешку на губах девушки, – Я могу задеть твои чувства, ранить душу, окунуть в невообразимый мир, даже не прибегая к конфронтации и не пытаясь тебе что-то доказать. Я уже победила, потому что родилась с оружием в руках, – я помяла пальцы, продолжая подзадоривать развеселившуюся и с жалостью смотрящую на меня Эльвиру.

– Шелест, ты полоумная? Вот уж точно чего от тебя не ожидала. Не стоит стращать меня необъяснимыми силами, я не попадусь на этот треп.

– Я просто тоже хочу прояснить ситуацию. Я знаю такие глубинные степени чувств, что могу без слов пленить человека. Могу заставить его замереть, засмеяться или зарыдать. Могу ввести его в ступор, могу успокоить и усыпить, могу поднять боевой дух и зарядить энергией.

– Кончай нести бред! – выплюнула Тихомирова, со злостью разворачиваясь, решив, что я запутываю ее, намеренно говоря о всяких глупостях, – Ты напридумывала себя всякую чушь и теперь надеешься, что это поможет тебе напугать меня? Просто исчезни с моего пути! – с расстановкой проговорила она и быстро ушла, оставив после себя заряженную яростью атмосферу.

Я же, поражаясь собственной многословности и спокойной решимости, не спеша побрела знакомой дорогой к театру, чтобы пустить неожиданно вырасшие внутри меня силы на пользу делу, которое и было моей конечной целью. Пусть я буду двигаться медленно, пусть путь будет заставлен препятствиями и людьми, не готовыми принять мой выбор и встать на мою сторону. Пусть так. Внутри меня все равно горел спокойный огонек уверенности и непоколебимости.