![На краю одиночества [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/4/6/4/1/na-krayu-odinochestva-litres-download.jpg)
На краю одиночества [litres]
- Автор: Лесина Екатерина
- Серия: Одиночество и тьма #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-121334-3
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «На краю одиночества [litres]». Краткое содержание книги:
Уж точно не те, кому нужны ее дом и ее жизнь. Вот и остается надеяться на себя, мастеров и ту силу, которая способна как уничтожить, так и защитить.
– Кто…
– Ниночка Мерельева… да, род не столь древний, и дар у нее откровенно слабенький, но уж больно типаж хорош…
Круглолицая Ниночка с курносым носиком и веснушками. С ее привычкой громко вздыхать и восхищаться, приоткрывая ротик.
С нелепыми нарядами, над которыми посмеивались все.
С сестрами и братьями. Она постоянно говорила об огромном своем семействе, будто бы оно и вправду кого-то интересовало.
– Она крепкая, здоровая. И в роду всегда было много детишек, значит, должна быть плодовита. Что ума невеликого, так найдется кому последить, чтоб не мешалась, куда не след. Сама светлая, как и матушка ее, и батюшка, и до третьего колена, стало быть, дар проявляется стабильно. Этого хватит, чтобы выносить троих-четверых… может, пятерых, если повезет.
– Вы… вы говорите, как…
– Присядь, – Медведица указала на кресло, в котором обычно устраивалась матушка Евгении. – Как о кобыле? Так… с большего оно и есть, что от молодой императрицы нужно лишь родить наследника, или двоих, или троих, тут уж как повезет. Древняя кровь, она непростая, да… я в твои годы наивная была, полагала, что раз уж корону на темечко возложили, то и власть вся моя. Но нет, стоило первого понести, как скоренько заперли на женской половине, откуда только и выводили, народу показаться. После дали слегка очунять – и вторая беременность… третья… после уж смута началась, да…
Она тяжко вздохнула и потерла виски.
– Голова болит… смута меня, почитай, спасла. Да, нелегко пришлось, но не только мне. А как остались вдвоем с Сашенькой… некому стало меня на женскую половину отправлять. Смута многое перекроила что в головах людских, что тут… но не настолько, чтоб венец императорский в радость стал.
Кресло было жестким.
Матушка дома предпочитала другой стиль и кресла заказывала у английского мастера, и были они мягки, легки и невероятно удобны, не то что нынешнее чудище. Низкое, какое-то растопыренное. И сидеть тяжело, чтобы спину держать, приходится над собой усилие делать.
– И это еще одна причина… ты не Ниночка, ты не позволишь так с собою. И твои не позволят.
– А… как же любовь?
Спросила и поняла, до чего глупым был вопрос. Разве императрица, прозванная Медведицей, в том числе за безжалостность, даже лютость к врагам своим – чего стоит Новгородское побоище, когда она просто велела расстрелять бунтовщиков из пушек, – будет мыслить категориями чувственными.
Но Анна Васильевна коснулась кольца и уставилась на огонь, сказала:
– Тут уж тебе решать. И только тебе…
– А вы…
– Я посоветую сохранить память о ней. О нынешней, о прошлой, которая всем этим не испоганена. Мне жаль, девочка. Оттого и гнала я тебя, чтобы… уж больно хороша ты. На свою беду хороша…
Глава 31
– На беду… так она сказала, как в воду глядела. – Евгения закрыла глаза. Она сидела с прямою спиной, повернувшись к окну, и все же Анна не могла отделаться от ощущения, что за ней следят. И стоит шелохнуться, стоит подумать даже о сопротивлении… – Тем вечером я спросила у тебя, желаешь ли ты взять меня в жены. Любишь ли? И хватит ли этой любви, чтобы пойти наперекор матушке? А что ты?
Молчание.
– Вот и тогда тоже молчал. Я говорила, а ты молчал… про нее, про Ниночку… Меня выворачивало от одной мысли, что ты и она… вы вместе… тебе бы правду сказать. Но вместо этого ты меня поцеловал. И я, глупая, решила, что вот он ответ, правдивый. Правдивей некуда! Ты был так нежен. А утром сказал, что отбываешь. Что тебя ждут в Архангельске… что там? Завод?
– Верфи.
– Верфи, стало быть, а мне лучше остаться и не думать о плохом. Все разрешится, просто твоей матушке нужно привыкнуть к мысли, что далеко не все в ее желаниях. И я поверила. Когда любишь, хочется верить. Я ждала. Писала письма. Каждый день. Ты же всегда оказывался слишком занят. Нет, пересылал что-то… пара слов, пара фраз. Пустые такие… теперь я вижу, насколько они были пусты. Вежливые… Это ведь она тебя отослала? Для чего?
Где-то капает вода. Где-то в доме.
Мерный раздражающий звук. И Анну он отвлекает, но, кажется, кроме нее никто не слышит этой капели. И стало быть… стало быть, ее не существует?
– Чтобы я наконец понял.
– Что?
– Что нет никакой любви. Есть просто красивая женщина, с которой пришла пора расстаться. Эта поездка ослабила бы твою привязанность ко мне. И мою к тебе.
Грустная улыбка, которой хочется поверить, как и в то, что человек этот и вправду сожалеет.
– Месяц или два, полгода. Если бы страсть наша не угасла, матушка дозволила бы объявить о помолвке. Таково было условие. И второе – не говорить тебе правды.