Следы ведут в пески Аравии (второе издание)
- Автор: Путинцева Тамара Александровна
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Следы ведут в пески Аравии (второе издание)». Краткое содержание книги:
Значительную часть своих научных богатств Зеетцен запаковал в ящики и при содействии прокуратора францисканского монастыря отослал с оказией фон Цаху. Остальные его вещи и бумаги монахи переправили в Каир, где он собирался сделать следующую большую остановку. В благодарность за оказию прокуратор попросил Зеетцена прислать ему камень из монастыря святой Екатерины, ибо Зеетцен собирался идти в Египет именно через Синайский полуостров.
20 февраля 1807 года в Иерусалим пришло известие о начале русско-турецкой войны. Действовавший с 1799 года союзный договор между Россией и Турцией, направленный против французской агрессии на Ближнем Востоке, Турция расторгла под влиянием наполеоновской дипломатии, которая сулила ей Крым и Грузию. Зеетцен взволновался чрезвычайно. Ведь по всем бумагам он российский подданный! Паспорт для проезда по арабским вилайетам Османской империи выдавал ему в Дамаске турецкий паша. Все остальные бумаги уже на пути в Египет. Сможет ли он теперь сам туда поехать? И как оставаться в Иерусалиме? Ведь город принадлежит туркам! Францисканцы смотрели на него с удивлением. Неужели этот смешной европеец думает, будто кому-нибудь интересны его бумаги? Бедуины, перед тем как ограбить или убить, паспорта не спрашивают, а турецкие таможенники, право же, не придают большого значения тому, чей ты подданный. В этих краях многие вообще не слышали о том, что с кем-то идет война. Недалеко египетская граница, а в Египте турки безвластны.
Поиски проводника на этот раз не отняли много времени. Сопровождать Зеетцена на Синай вызвались ремесленник Антун и его друг Фаваз. Антун, хоть и был всего лишь сапожником и мастером по изготовлению четок, знал грамоту и в Иерусалиме охотно помогал Зеетцену во время астрономических измерений. Так что тот вполне мог на него положиться. Он даже доверил ему свои драгоценные астрономические приборы, которые далеко не всегда рисковал брать с собой.
13 марта, навьючив двух верблюдов, они вышли из Иерусалима. Первая остановка — в Эль-Халиле, библейском Хевроне. Зеетцен однажды уже был здесь и потому не счел нужным прятаться и тем более скрывать свои занятия. Однако едва он показался на улице, как жители окружили его и, тыча в него пальцами, подняли неимоверный крик:
— Смотрите, франк! Христианин! Зачем он пришел сюда? Куда идет?
Кто-то вырвал у него из рук мешок и в ужасе обнаружил в нем убитых змей и ящериц, которых Антун наловил для Зеетцена по дороге. А бумага? Зачем этот "неверный" что-то записывает? Зеетцену пришлось прибегнуть к помощи властей. Шейх Эль-Халиля Абдаллах Баддар и кади в присутствии толпы подвергли ученого обстоятельному допросу.
— Откуда ты пришел к нам, чужестранец? — спросил кади. Он был тих, вежлив, и это приятно контрастировало с бушующей толпой.
Антун, желая выгородить своего хозяина, выскочил вперед и закричал:
— Англичанин он! Ученый! Никому от него никакого вреда!
Но тут кади, надев очки, прочел вслух фирман паши, в котором черным по белому было написано, что Зеетцен — подданный России, а прибыл из Германии.
Толпа взревела:
— Молчи, предатель! Пусть гром небесный обрушится на тебя, твоего отца и твоих детей! Они врут оба!
Шейх Абдаллах потребовал показать вещи, и первое, что все увидели, были диковинные приборы и инструменты.
— Колдун! Исчадие ада! — ревела толпа.
Аптун опять выскочил вперед и закричал:
— Да врач он! Врач! Ученый!
Кто-то схватил его за шиворот и уволок в сторону. Видимо, решив, что полдела сделано, толпа притихла. Зеетцен, переведя дух, вгляделся в лица людей. Откуда такая ненависть? За время общения с бедуинами из племени бени хатем он отвык бояться. И вдруг он увидел того человека, у которого останавливался в Хевроне в прошлый раз. Лицо араба светилось злобным торжеством. "Так вот в чем дело! — подумал Зеетцен. — Он не мог простить, что не его я взял себе в проводники. Это он все подстроил. Какая низость!" Вместе с тем мысль о том, что лишь один человек оказался способен на подлую месть, успокоила его.
— Во имя Аллаха милостивого, милосердного, все бумаги в порядке, — вдруг громко объявил кади.
Шейх Абдаллах подозвал к себе другого шейха, Сиббена, видимо младшего по рангу, а всем остальным велел разойтись.
— Этот франк, согласно фирману, носит арабское имя Муса аль-Хаким, — сказал шейх. — И по нашим землям его ведет любознательность. Поэтому ты будешь сопровождать его до монастыря святой Екатерины, что на Синае. Из проводников его возьмешь лишь одного — того, что потише и поразумнее, а верблюдов и погонщиков получишь у меня. Поклянись, что доставишь его туда целым и невредимым.