Следы ведут в пески Аравии (второе издание)
- Автор: Путинцева Тамара Александровна
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Следы ведут в пески Аравии (второе издание)». Краткое содержание книги:
В племени никто не умеет ни читать, ни писать. Поэтому знают все из рассказов, по слухам. Приезжих тут не бывает. Даже браки они совершают лишь внутри своего племени или с соседними — бени адван и бени эль-белка. Например, брат Фудды выменял ее в свое время на сестру Ахмеда, так что образовался большой семейный клан. Корней племени не знает никто, и самое большее, о ком могут рассказать, — это об отце или дяде.
Местные бедуины, отметил Зеетцен, мало религиозны. Редко кого можно увидеть за молитвой в положенный час. Иногда Зеетцен слышал, как Ахмед, не прекращая ходьбы или не отрываясь от дела, небрежно бормотал слова молитвы, но ни о каких коленопреклонениях не было и речи. Никто не соблюдал и пятницу как день отдыха и общественной молитвы.
14 января Зеетцен категорически заявил Ахмеду, что пора выступать в дорогу. Тогда Ахмед признался ему, почему он все время оттягивал поездку. Дело в том, что на восточном берегу Мертвого моря, около Эль-Карака, кочует племя бени хаджайя, с которым у бени хатем кровная вражда. Когда в 1799 году большинство местных мужчин ушли, чтобы сражаться с французскими войсками генерала Бонапарта, вторгшимися в Сирию и Палестину, и дома остались одни женщины, бедуины из племени бени хаджайя напали на монастырь Мар Саба и разграбили его. Бени хатем считали себя защитниками монастыря и объявили месть бени хаджайя. Негры убили многих, не щадя ни женщин, ни детей.
Рассказав все это, Ахмед помог Зеетцену сесть на лошадь, а сам с унылым видом пошел рядом пешком. Было так холодно, что он зябко ежился. А для того чтобы попасть на тот берег моря, надо было перебираться через Иордан вплавь! Ахмед ворчал: вода сейчас высока, это тает снег на горах. Зеетцен пообещал увеличить вознаграждение. Действительно, на горных хребтах Аджлун, Эль-Белка и Эль-Карак до самого подножия лежал густой снежный покров.
Река Иордан у места впадения в Мертвое море текла среди пологих песчаных берегов тихо и мирно, мутно-желтая вода была похожа на густеющую смолу — так много в ней было соли. Зеетцен опустил в воду руку — жжет. Говорят, рыба в этих местах затвердевает от соли прямо в воде.
Перебираться на тот берег оказалось и в самом деле неприятно. Одежду и провиант сложили в кожаные мешки и, держа их над головой, поплыли. Ахмеду пришлось таким образом переплыть Иордан раз двенадцать, затем переправлять лошадь, держась за узду.
На том берегу их встретила группа бедуинов из дружественного племени бени адвап. При виде Зеетцена, выскакивающего из воды, они закричали:
— Смотрите, смотрите, он весь пропитался солью, вот бедняга!
Никакой соли на Зеетцене не было, просто смуглокожие арабы не могли объяснить иначе белизну тела европейца.
Затем Ахмед и Зеетцен перешли вброд два ручья. Дорога то стелилась по равнине, то поднималась в гору. Двигались на юго-восток. В долине реки Эс-Серки Зеетцен обнаружил неизвестные виды тростника. Долина эта узкая, окружена горячими источниками, и над ней всегда клубится пар. В наше время в этих источниках успешно лечат ревматизм и кожные заболевания.
Карта Паулуса, которую Зеетцен взял из Европы, оказалась чистейшим вымыслом. Впрочем, верную карту составлять ему было трудно: названия здесь менялись каждый раз, когда появлялись новые завоеватели. К тому же местные диалекты искажали их. Так, Зеетцен искал развалины древнего города под названием Махерус, а обнаружил Мкауер, к тому же бедуины произносили "Мчауер", тогда как в литературном арабском языке звука "ч" вообще не существует.
Ночевали у бедуинов других племен. Каждая такая встреча — новые люди, новые сведения. Однажды Ахмед натолкнулся на знакомых, и тогда приют был особенно гостеприимным.
— Гость — это подарок Аллаха, — торжественно объявил хозяин.
Уютно горел в очаге огонь, вкусно пахло кофе и жареным мясом, из котла, стоявшего на углях, поднимался аппетитный пар. Зеетцен в полудреме прислушивался к разговору. Ахмед, и всегда-то веселый и разговорчивый, сейчас был просто в ударе. Наслушавшись от знакомых горожан о благах, которые сулит вера, он теперь убежденно посвящал слушателей в прелести райской жизни, уготованной Кораном правоверным мусульманам.
— И не будет там ни жен, ни брака, — вдохновенно говорил он. — Женщин, гурии называются, бери сколько хочешь.
— А зачем? — вопрошал старый-престарый хозяин шатра.