Борис Ельцин. Воспоминания личных помощников. То было время великой свободы…
- Автор: Вощанов Павел Игоревич, Полторанин Михаил Никифорович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-271-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Борис Ельцин. Воспоминания личных помощников. То было время великой свободы…». Краткое содержание книги:
И все-таки какие-то странные переговоры – уложились в четверть часа! Ведущая в кабинет дверь открывается, и на пороге появляются улыбающиеся Ельцин и Горбунов. Как мне кажется, улыбаются они все же по-разному: латвийский спикер – будто молодой папаша, которому только что сообщили о рождении долгожданного первенца, российский президент – как добросердечный дедушка, на которого с рождением дитяти свалилась масса забот.
– Виктор Васильевич, – Ельцин протягивает Илюшину листок, – прямо сейчас сделайте несколько копий.
Через плечо Илюшина заглядываю в бумагу. Читаю: «Акт о признании независимости…» Сердце екает от неожиданности: конец Союзу! Но как ни относись к происшедшему, оно будет навечно вписано в Историю. Не думал, что подобные акты могут рождаться экспромтом и выглядеть так обыденно – листок формата А4 с напечатанными на нем несколькими строчками, под которыми стоят две подписи-закорючки. Ни гербов, ни печатей, ни ленточек, ни сургуча. Больше смахивает на черновик. А ведь это, по сути дела, свидетельство о разводе двух стран и двух народов. Какой-нибудь час назад мы еще жили вместе, хотя, может, и не в любви, и не в согласии. А вот теперь уже врозь. Навсегда врозь. Мы им чужие, и они нам не родня.
– Борис Николаевич, я уже могу передавать этот документ в прессу?
Ельцин медлит с ответом, будто что-то прикидывает, но Бурбулис опережает его решение:
– Конечно. Передавай.
Спустя час Россия Бориса Ельцина так же решительно и безоговорочно признала независимость Эстонии. Уложились в те же четверть часа. Похоже, сами балтийские посланцы не рассчитывали на такое великодушие, поэтому выглядят слегка растерянными. Они отказываются от предложенного обеда, наспех, прямо в приемной, выпивают за свершившееся по бокалу шампанского, и, рассыпавшись в благодарностях и уверениях, торопливо откланиваются. Видно, торопятся ошеломить свои народы отвоеванной, наконец, у России свободой.
Теперь надо переслать текст подписанных документов в Российское информационное агентство. Захожу к себе в кабинет, чтоб связаться с президентом РИА Андреем Виноградовым, и нахожу у себя на столе срочный телекс из Киева: только что, буквально полчаса назад, тамошний Верховный Совет, который отныне будет именоваться Верховной Радой, провозгласил независимость Украины. Вот это сюрприз! Надо срочно сообщить Ельцину, вдруг еще не знает. Застать бы только на месте, а то, может, уже уехал.
Несусь по коридору и пулей влетаю в приемную:
– У себя? – секретарь удивленно кивает. – Кто у него?
– Бурбулис и Коржаков.
Вхожу в кабинет и, не дожидаясь вопросов, докладываю: полчаса назад Украина провозгласила независимость. Ельцин выдавливает из себя зловеще-задумчивое: та-ак! Бурбулис разводит руками: в общем-то, мы с вами такой вариант просчитывали. Коржаков, со свойственной ему простотой суждений, в которых все укладывается в незатейливую схему «за нас – против нас», произносит, будто сплевывает: «Ах, Макарыч, подложил-таки бяку!».
– Борис Николаевич, сейчас со всех сторон посыплются вопросы насчет вашей реакции. Что отвечать?
Ельцин, сидя в кресле, легонько постукивает ребром ладони по подлокотнику и покачивается взад-вперед, совсем как китайский болванчик. Только уж больно крупный.
– Ничего не отвечать.
– Да, но…
– Ни-че-го! – и, погрозив пальцем, что обычно означает: «Задумайтесь над тем, что я сказал!», уже вполне примирительным тоном отдает распоряжение: – Держим паузу.
Дабы избежать нежелательных журналистских вопросов и не крутиться ужом на сковородке, стараясь не произнести ни «да», ни «нет», прерываю все свои контакты с внешним миром – не отвечаю ни на какие телефонные звонки. Ни на городские, ни на местные. Меня ни для кого нет на месте.
…Воскресное утро радует приятным ощущением беззаботности. Как же это здорово – никуда не торопиться! Вчера допоздна просидел в Белом доме. Отслеживал сообщения, поступающие с Украины и из Прибалтики. Вдруг шефу срочно понадобится информация о том, что там происходит? Но сегодня он отдыхает у себя в Архангельском, а потому и я, что бы ни случилось, посвящу день сладостному ничегонеделанью. Сейчас попью кофе и отправлюсь к матушке в Кузьминки. Старушка ждала в субботу, но так и не дождалась. Поди, обижена.
Вдруг оживает мой старенький телефон. Это уже просто какое-то дежавю – каждое утро начинается с телефонного звонка! И кто же тревожит мой покой на сей раз? Привычка названивать в неурочное время свойственна многим западным журналистам, не отличающимся особой деликатностью. Если им что-то от тебя надо, для них не существует понятия «неудобно». Надо, значит, надо! Из гроба поднимут. Может, это кто-то из них? Но интуиция подсказывает, что звонят с работы. «Послепутчевые» времена уж больно неспокойные и хлопотные.