Упрямый доходяга

— Учитывая как зафиксировано моё тело, оставляю себе право говорить то, что взбредет в голову! — съязвил я, — Идти на поводу у псевдоученого вроде вас не полагается!

Вообще, обострять отношения в моем положении было неважнецкой стратегией, но я намеренно собирался вывести этого гениального придурка из себя. Раз уж он так меня здесь ждал, что уселся кофейничать рядом с умирающим шерифом, то возбудить его как раз было решением выгодным. Авось переволнуется и всё отложит. Однако, я умудрился задеть его куда сильнее, чем рассчитывал.

— Что вы, искусственно созданный убийца с разумом крестьянина из другого мира, можете понимать в ученых, а? — прошипел Йидиус, чуть ли не утыкаясь своим носом в мой, — Если вам станет легче, можете попробовать позвать Ахиола! Правда, он не откликнется!

— Бросьте, доктор, — нашел в себе силы усмехнуться я, — Вы должны были кое-что узнать о моем мире. Там даже самый нищий крестьянин способен позволить себе обладать аппаратурой, чьи возможности к расчетам превосходят самые светлые мечты любого в этом мире! За исключением того, кто меня создал, разумеется. А уж насчет вашей квалификации, так вообще все элементарно. Раз вы за все эти годы не смогли стать для бюджета Хайкорта выгодным, пробавляясь просьбами, вымогательствами и обманом желтоглазых, то о каком уважении может идти речь?

Эта фраза стала последней каплей. Бедолагу начало трясти еще при упоминании возможностей «крестьян» моего мира, а уж когда я потоптался на его самолюбии…

Эйдиус Доннорифт был гениальным, но исключительно самолюбивым психом. Все его проблемы с окружающими имели лишь один источник — он был свято убежден в том, что эти самые окружающие ему обязаны всем, что он сочтет нужным. Отверженный даже среди изгоев, доктор нашел себе среду существования, где его власть была не ограничена ничем… кроме стен больницы, но даже здесь не преуспел в признании. Пренебрежение окружающих было больным местом этого… существа.

Существа, потому что пока добрый доктор исходил ругательствами, к нам подошли еще четверо его совершенно точных копий, молчаливо уставившихся на него.

— В лабораторию! — отдал он приказ собственным клонам, которые тут же споро взялись за ручки каталки, на которой я лежал.

— Вы все, что жители этого города, что мнящий себя великим эльфом болван Механик, не стоите и ногтя любого из моих гомункулов! — говорил в запале идущий за мной Эйдиус, — Тайны! Экономика! Исследования! Жалкие крысы, согласные столетиями топтаться на одном месте вместо того, чтобы посвятить каждую секунду торжеству прогресса! Достичь силы, власти, бессмертия! Нет, вы жертвы компромиссов, которые пожирают ваше время, силы и мысли ради того, чтобы чернь была счастлива! Весь мир прогнил, а тупые смертные радостно жрут его плоть, плодясь и умирая без всякой цели и результата!

— А вы, конечно, знаете как лучше, — скривился я от боли в плече, — …только вот доказывать это окружающим — унижать себя, да, Эйдиус?