В начале пути [СИ]

— Нет…

— Ну вот и закончим дискуссию! — кивнул я. — Всё ясно?

— Да, гра! — снова ответил за всех Талини.

— Тогда держим связь через ИСИСа и надеемся на лучшее… — кивнул я и двинулся к трём экипажам, из которых два едва успели доставить.

На этот раз мы купили укреплённые логосами машины со встроенными щитами и накопителями. Корпуса у них тоже были бронированные — металлическими вставками. Из-за этого двигатель на повозки поставили мощней и прожорливей. Зато и я, и все мои сопровождающие были надёжно укрыты от возможной засады.

Когда в облаках пара наш кортеж выкатился из трюма «Зевса» и помчался по причалу, люди с удивлением оглядывались, провожая подобное чудо взглядами. Наши самобеглые повозки выглядели на редкость внушительно и грозно. Как и искусственные тела ИСИСа, которые ими правили. Больше никому на передние сиденья я сесть не позволил.

На Большой Скале был выходной — выпавший на 15-й день второй трети весны 538-го года. Ярко светило весеннее солнце, растапливая остатки зимнего снега и испаряя огромные лужи. Дул свежий ветер, принося с собой запахи мокрой земли и молодой зелени с поверхности. На улицах города было полным-полно людей. И казалось, что все мои вчерашние страхи — просто ерунда, которой не стоит уделять ни капли внимания.

Но чем больше я смотрел по сторонам, тем сильнее крепла уверенность, что всё не так просто. Лица людей казались напряжёнными и злыми — а ведь был выходной! Да и самих людей на улицах было не то чтобы много для такой отличной погоды — бывает и больше. Многие мужчины читали газеты и журналы, недовольно хмуря брови, и собирались стайками, что-то обсуждая друг с другом. Я тоже читал сегодняшние газеты — там вовсю муссировалась тема требований Совета к домам. Наверно, у газетчиков сегодня-завтра будет хорошая прибыль.

Детей и женщин на улицах было мало, зато питейные заведения были забиты битком. Возникало ощущение, что люди пытаются отдохнуть напоследок. Взгляды, которыми провожали наш кортеж обычные горожане, были далеки от приветливых. Эмблема дома на борту каждого экипажа, похоже, вызывала у прохожих неодобрение. А временами и с трудом скрываемую ненависть…

Вновь и вновь я доставал из кармана свёрнутый список, который выдал мне с собой Танг. В этом списке были люди, которые состояли в домах, но всё же сотрудничали с Хранителями Ключей. Я разворачивал его, перечитывал незнакомые имена и знакомые фамилии, а затем снова сворачивал и убирал. Мне было откровенно страшно.

Перед поместьем, где проходят заседания Совета Домов, стояли всевозможные экипажи и группы охранников в форменных одеждах своих домов. У дома Комоф формы ещё не было — некогда было ею заниматься. И, несмотря на это, моя охрана и выглядела посерьёзней, и была, пожалуй, самой подготовленной. Группа охранников Совета приняла меня у моих людей и повела внутрь поместья.