Руководство для одиноких сердец [The Survivor's Guide to Family Happiness]

— Нина, давно мечтала с вами познакомиться.

— Я тоже, — кивнула я.

Тут Картер сказал, что мы все идем праздновать в ресторан «У Ленни» — там отлично готовят морепродукты, — в кои-то веки он заранее заказал столик, и я должна пойти с ними, никаких отговорок он и слушать не хочет. Он обнял одной рукой меня, другой Джейн и повел нас, а Индиго потащилась позади. Тайлер присоединился к нам в сопровождении четырех друзей, постоянно тыкавших его кулаками в плечо и восклицавших «Йо, Тай», что меня очень смешило, поскольку звучало как «йота». Привет, Йота. Как твое ничего, Йота?

— Молодец, Тайлер, — похвалила я его, высвободившись из-под руки Картера и подойдя к юноше. — Поздравляю. Я принесла тебе поздравительную открытку, и там еще от меня кое-что.

— Спасибо, Нина, — поблагодарил он. — Рад, что ты пришла. Как живешь-то вообще?

— Нормально. Очень занята. Все хорошо, только совсем нет времени.

Вроде бы взрослые люди всегда так говорят? Вышло вполне убедительно. Потом Тайлер рассказал мне про катастрофу с выпускным балом: с прежней девушкой он порвал и пригласил девочку из группы по английскому, которую просто пожалел, а она так наклюкалась, что отключилась у него в машине по дороге домой, и ему пришлось везти ее в больницу. Картер повернулся и сказал, что гордится своим сыном за то, что тот оставался с девушкой, пока не приехали ее родители.

Джейн заявила:

— Мы правильно воспитали наших детей, Карти. Помнишь те времена? — И они ударились в воспоминания о том, как отдыхали на побережье и один раз маленькая девочка решила без родителей зайти в воду, могло случиться несчастье, но Кайла с Тайлером не растерялись и вовремя остановили ее.

Ой, да… а в тот раз, когда вода из посудомойки залила всю кухню! А когда Кайла ползала по кухне, где-то отыскала кусок свинины на косточке и засунула его в подгузник! Что было! А как шторы упали в то время, когда игуана сбежала из клетки и спряталась под диванными подушками, а все думали, что это ящерица оборвала занавески! Они все хохотали, закинув головы, неудержимым булькающим смехом.

«Видела бы ты эту картину!» — сказали мне.

Я натужно улыбалась, пока у меня не заболели скулы. Что еще остается, если люди рассказывают тебе излюбленные семейные истории, ничуть не интересные посторонним? Наконец мы зашли в ресторан.

Зал был битком забит, иначе здесь не бывало, но Джейн настояла на том, чтобы нам отвели ее любимый столик, потому что владелец оказался ее старым другом. Стол был прямоугольным, то есть нам пришлось сесть с двух сторон лицом друг к другу, и, представьте себе, я оказалась напротив Джейн. Там, где сел Тайлер с друзьями, царило бурное веселье, а мы были на противоположном конце. Индиго, зажатая между двумя родителями, выглядела недовольной и сердито зыркала на меня. Свет лампы играл в ее волосах, теперь не фиолетовых, а изысканного каштанового цвета у корней, а на концах оранжевых.