«Маленький СССР» и его обитатели. Очерки социальной истории советского оккупационного сообщества в Германии 1945–1949

Советские снабженческие службы в Германии действовали по давно наработанным схемам, правилам и обычаям, которые могли породить дефицит даже того, что было в достатке. Снабженцы оправдывались: потребительские товары, производившиеся в советской зоне оккупации Германии, «направлялись в первую очередь на вывоз по репарациям и интендантству Группы [советских оккупационных войск]», а выделяемые для СВАГ фонды были незначительны794. Непонятно только, зачем было «отгружать» термосы, радиоприемники, аккордеоны, пишущие и швейные машинки из Тюрингии в Берлин, а затем везти их обратно в Тюрингию. Или отправлять качественный товар в Карлсхорст, а «остатки, часто некачественные», распределять по провинциям795. Почему не прекращалась запрещенная начальством торговля по разовым ордерам? Даже сами сотрудники отдела торгово-бытовых предприятий на партсобрании возмущались непорядками с ордерами. Их выписывал кто угодно: «Сергеев пишет, Морозов пишет и Лавкер796, которому не разрешено, тоже пишет», да и продавцы действуют по принципу «кому хочу – тому продам»797.

Детально на вопрос, куда уходили хорошие товары, ответила в марте 1947 года представительная комиссия, проверявшая работу Управления торгово-бытовых предприятий СВАГ: «Несмотря на запрещение отпуска различных товаров по ордерам и запискам частным лицам, их выдача продолжает широко практиковаться». Одних только сигарет в январе было «выдано полмиллиона, но ввиду отсутствия всякого учета, неизвестно кому». Бесцеремонно обращались снабженцы и с товарами спецназначения – «спецдрапом» и «спецшерстью». В принципе этот эксклюзив был предназначен для тех, кто соприкасался с Союзным Контрольным советом и должен был выглядеть лучше всех. Однако попал он в руки сотрудников отдела торгово-бытовых предприятий, причем «спецдрап и спецшерсть» получили не только они, но и «все завмаги, зав. столовыми и продавцы», явно не занимавшие дипломатических должностей. Комиссия пришла к выводу, что «созданная система бесконтрольной выдачи ордеров» и «анонимных записок» привела к «разбазариванию специальных фондов товаров, самоснабжению и снабжению друзей, знакомых и „нужных людей“»798.