В августе сорок второго

— Заметил, как хорошо в горах дышится? Да! Это тебе не Кавказ, но всё равно, хорошо!

Удивительно, что Лаврентий Павлович находится в хорошем настроении. Впрочем, он ведь всю жизнь хотел строить, нереализованный архитектор в нем проснулся, скорее всего. Вот и настроение у него намного лучше, чем было накануне. Мы стоим в засекреченном месте, настолько засекреченном, насколько можно было что-нибудь подобное засекретить. Гигантский котлован, в котором расположилась бетонная громада будущего атомного реактора. С этой площадки очертания объекта просматриваются лучше всего. Курчатов, Раппопорт, Доллежаль и Сапрыкин остались внизу. С ними была еще группа инженеров, проектантов, физиков-атомщиков, военных, тех, кто был кровно заинтересован в скорейшем пуске атомного проекта. По данным разведки, мы пока что серьезно опережали наших противников в этой сфере: германский атомный проект был законсервирован, из-за банального дефицита средств и туманных перспектив, в том числе отсутствия достаточного количества тяжёлой воды, которая была необходима немецким ученым для продолжения работ над проектом. Американцы пока еще не начинали даже проект «Манхэттен», Дьюи не спешил подписывать документ, и опять-таки больше по финансовым соображениям: противостояние с Японией потребовало, фактически, создание нового флота, в том числе были заложены восемь суперлинкоров и семь больших авианосцев, не считая почти полутора десятков эскортных авианосцев и более чем полутора десятков крейсеров. По мнению руководства ВМФ США, именно крейсерские операции должны нанести самый большой вред экономике Страны Восходящего Солнца. А флот — очень и очень дорогое удовольствие, чуть-чуть дешевле атомного проекта. Кроме того, президент Дьюи был во многом консервативен, и не рисковал пока что вкладываться в непонятные исследования. Еще один момент: Британия продолжала свои собственные исследования по оружейному урану, не передав их результаты вероятным союзникам. Не было визитов британских ученых и лоббирования уранового проекта имперскими военными. Вот тут нам получилось притормозить британские исследования тем, что удалось перехватить груз урана, который находился в Бельгии на складах и дожидался отправки на Остров, случилось это практически во время вторжения Вермахта, по оценкам наших ученых, дефицит урана затормозил британскую программу приблизительно на полгода. А тут еще какие-то банды разрушили все урановые шахты в том же Бельгийском Конго, какие-то местные разборки с применением тяжелого вооружения. Морские катастрофы заставили руководство Империи заморозить слишком дорогие научные изыскания, чему способствовала и скептическое настроение профессора Линдеманна, не верившего в быстрый успех уранового проекта. Опять-таки, флот надо было усиливать. А стоимость нового линкора могла кого угодно погрузить в уныние, не только премьер-министра. Но без новых кораблей никак, а без непонятной бомбы еще как-то можно прожить.