Леди-горничная убирается

— Мои иллюзии внешности никогда не развеиваются… — я дождалась, пока на губах лорда появиться устало-снисходительная улыбка… и закончила. — Потому что я ими не пользуюсь. Я слабосилок. Только краска для волос, иногда немного грима, а еще разная походка и выражение лица. И все.

— А… — лорд открыл рот, лорд закрыл рот, лорд подумал. И сказал. — Каа-ак интересно! — подумал еще… и кажется, принял окончательное решение. — То есть, ваши веснушки смываются? Тем более вы едете!

— Да поймите же вы! — почти взвыла я. — Я нужна здесь! Я умею планировать операции, знаю местность, знаю здешних людей — и наших, и алеманцев! Знаю, как этих людей спрятать на этой местности без всякой магии! И…

— Оставите Генштаб без этих знаний? Пусть Большой Имперский Прорыв на север планирует по довоенной карте тот самый теоретик военной науки… который не сумел оценить вашу пентаграмму? Думаете, он сумеет оценить возможности ваших партизанских отрядов?

— Пентаграмма не только моя, ее пять человек разрабатывали. — пробурчала я. — Все, кроме меня, погибли. Отряды… Отряды — мои.

И я совсем не хочу, чтоб они погибли тоже. А сумеют ли штабисты моих уберечь… Да хотя бы задумаются ли об этом?

— Знаешь, Триш, а он прав. — вдруг неуверенно сказал Ярвуд. — Ничего у них с этим Прорывом не выйдет, если его всякие придурки готовить будут, которые даже не знают, где у нас тут шахты, а где болото подо льдом. А без Прорыва нам всем, пожалуй что, и конец, долго не протянем.

— Я освобожу себя от уговоров, а вас — от угрызений совести. — лорд насмешливо поглядел на меня сверху вниз. — Вы в армии, леди, а это — приказ. Я прилетел сюда за информацией, а улечу с той, кто этой информацией владеет. Сейчас мы возвращаемся в ваш лагерь, вы раздаете необходимые распоряжения… И как только небо затянет тучами… — он запрокинул голову, глядя в пронзительную зимнюю синь… которую уже начали затягивать первые снежные облака. — Мы отправляемся.

Лорд негромко прищелкнул языком, и заснеженные кроны едва заметно качнулись. Скользя над самыми верхушками, над лесом проскользнул мелкий, неприметный дракончик. И по-гусиному хлопая крыльями опустился у кромки воды. Лорд вскочил в седло и протянул мне руку.

— До лагеря я могу и сама дойти! — прошипела я. В армии я! В армии! Где была эта армия…

— Самой вам идти холодно. — усмехнулся он и я вспомнила, что под полушубком на мне только нижняя сорочка. — А мне — страшно.

— Одному в лесу? — съязвила я… и ухватилась за его руку.

— Боюсь, вдруг все же сбежите. — невозмутимо ответил он, и усадил меня перед собой в седло, прижал к себе так крепко, что я даже пискнула. А потом запрокинула голову, заглядывая ему в лицо. Он в ответ посмотрел на меня — долго. Внимательно. Прозрачно-серыми глазищами с черным ободком вокруг зрачка, опушенные по-девичьи длинными ресницами.

Я отвернулась и… привалилась к его груди.