Грязная жизнь

Удивительно, но боли нет.

Тепло разжигает в моём животе огонь и превращает кровь в кипящую лаву, в то время как соски сжимаются от ощущения невозможной полноты между моими гостеприимными бёдрами. Я знаю, что есть что-то больше, поэтому прощупываю почву, опускаясь с мучительной медлительностью на ещё пару сантиметров, а затем еще немного. И хотя внутри меня горит, пока Юлий меня растягивает, это не больно.

Нет.

Это ощущается восхитительно.

Моя голова начала кружиться, и я чувствую биение своего сердце сквозь мой клитор, и как мои щеки пылают от страсти.

Я насаживаюсь дальше, еще на пару сантиметров и ещё на парочку, а затем вздрагиваю от того, что мой живот болезненно сжимается, и я понимаю, что не могу сесть глубже.

И меня это расстраивает.

— Оу, — разочарованно произношу я.

Юлий проводит рукой по моему обнажённому бедру.

— Не торопись. Нужно время.

— Да, — отвечаю я, проводя ногтями по его животу.

Лёгким рывком он притягивает меня вниз к его груди. Его губы захватывают меня в тёплом, глубоком поцелуе, и я протягиваю руки, чтобы обхватить его щёки, когда он начинает раскачиваться во мне с чувственной властью.

Его руки блуждают по моему телу, проводя по моей спине вверх для того, чтобы сжать мой затылок, затем скользят по моей попке и обратно, наконец, задерживаясь на моих бёдрах, когда его толчки ускоряются.

Я тяжело дышу ему в рот, когда Юлий касается особенно чувствительного местечка внутри меня и когда долбит его снова и снова, моё тело дрожит и сотрясается. Мои кулаки сжимают его, царапая ногтями.

Это происходит снова.

В этот раз я чувствую его приближение.

Но как? Я никогда не кончала дважды так быстро. Это неправильно. Что-то не так. Задыхаясь, я качаю головой и вслух размышляю:

— Нет.

Юлий крепко сжимает мои бёдра и проникает немного глубже, его толстый член скользит в мою тугую киску и выходит из нее.

— Да, детка. Да.

Яркий свет вспыхивает под моими закрытыми веками, и, стиснув зубы, я хнычу и скулю, когда оргазм вновь охватывает меня, распространяя удовольствие от пальцев ног до самых кончиков волос на голове. Когда он, наконец, проходит, я безвольно падаю на Юлия, задыхаясь.

Его толчки становятся вялыми, и с низким рычанием, его тело становится жёстким, его живот сжимается, и он хватает мои бёдра с такой силой, что останутся синяки, его член дёргается внутри меня, когда он кончает.

И когда его дыхание приходит в норму, он тянется к моим волосам с ленивой нежностью. Мои глаза закрываются, и я коротко зеваю. Юлий следует моему примеру, и, в его объятиях, голая и обнажённая я засыпаю.

Лучшее, что у меня было за последние годы.