Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

Попрощавшись и получив ответный кивок, я вышел в коридор, где меня встретили любопытные взгляды трех пар глаз.

— Судя по тому, что вы задержались так долго, разговор все же состоялся? — осторожно поинтересовался доктор.

— Состоялся, хоть и не такой содержательный, как хотелось бы. Но кое-какую интересную информацию получить удалось… Кстати, месье Шапсо, я, пожалуй, соглашусь с Вами — эта девушка действительно заслуживает снисхождения. Она скорее жертва обстоятельств, а не злодейка по натуре.

— Удалось что-нибудь узнать о ней?

— По большому счету только имя — Сигни Нильсдоттир…

— Интересно…, - перебил меня Бондарев. — Значит она может быть землячкой нашего Свенсена?

— Вряд ли. Из ее намеков, а девушка была весьма скупа на этот счет, она родилась в Конфедерации. Скорее всего, ее родиной является Сигурд.

Бергмана история пиратки не интересовала. Ему нужна была конкретная информация.

— Ну, а о своей-то банде пленница хоть что-то рассказала?

— Да, но немного. Сейчас она в смятении, считая, что, поделившись информацией о своих товарищах, предаст их и поможет нам убить, хотя по крайней мере пару человек из своего отряда эта Нильсдоттир явно готова придушить своими руками, но ее беспокоит судьба остальных.

— То есть никакого единства в рядах пиратов не наблюдается?

— Верно, Антон. И на этом, в принципе, можно выгодно сыграть. Наша беседа была ценной в том плане, что девушка дала емкие характеристики своих «соратников» и упомянула о причинах столь бедственного их положения сейчас. Это может дать нам благоприятный шанс покончить с пиратами с максимальным эффектом. Но это стоит обсудить, конечно, в кабинете, то есть на прерванном собрании.

Собеседники поняли намек и умолкли, а я обратился к врачу:

— Полагаю, сейчас вам и другим членам вашей семьи будет легче установить контакт с Нильсдоттир. Мне бы очень хотелось, чтобы вам удалось ее успокоить и как-то склонить к сотрудничеству. Это действительно может быть очень важно.

— Что ж, мы попробуем, конечно. Только меня смущает одна деталь…

— Какая?

— Не хотелось бы ее обманывать. Обещать ей что-то, что потом не исполнится.

— Понимаю, — медленно кивнул я. — Это конечно же может стать проблемой. Я ведь даже не знаю, кто будет в конце концов решать вопрос о ее будущем.

— Что-то я не понимаю вас.

— Технически Нильсдоттир является, конечно, пленницей «Феникса», так что мы имеем полное право определять ее дальнейшую судьбу, но вот, например, герр Бергман может выдвинуть требование о ее передаче под его юрисдикцию, ведь она совершала преступления на территории Бадена, а, значит, в зоне ответственности милиции. Если у местных властей появится желание судить девушку, то они могут поручить полковнику сделать такой запрос, а на него ответить отказом довольно сложно, если не хочешь получить ярлык пособника пиратов.

Бергман помолчал, раздумывая.

— Знаете, — наконец сказал он. — Если бы не судьба того каравана, да не похищения женщин из агрокуполов, то и мне, и моему гражданскому начальству судьба этой пиратки была бы абсолютно безразлична, даже если «Фениксу» не удастся вернуть алмазы Штерну. К камням барона и его потерям мы не имеем никакого отношения, но вот то, что я упоминал — это уже преступления против Бадена. Простить их никто не захочет, и кто-то должен будет понести за них наказание. Если не будет других пленных пиратов, то за все ответит эта Нильсдоттир, ну, а захватите еще кого-нибудь, тогда и будет видно.