Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

— Меня, например, зовут Ричард Грей, и я — командир наемного отряда «Феникс», который… взял вас в плен.

Последний факт мне не очень хотелось сейчас упоминать при ней, но нельзя же его игнорировать?

О! Хоть какая-то реакция — ее глаза стрельнули на миг в мою сторону и вернулись к созерцанию потолка. Ну, давай, раскройся, скажи что-нибудь! Нет… Девушка упорно молчала.

— Ну, что ж…, - вздохнул я, начиная поворачиваться к двери. — Когда-нибудь, надеюсь, вы устанете от молчания…

— А стоит ли? — раздался у меня за спиной тихий голос, когда я уже брался за ручку двери.

— Что? — я повернулся обратно, недоуменно подняв брови.

В душе, впрочем, я был очень рад, что смог ее разговорить. Теперь бы закрепить успех…

— Стоит ли мне уставать от молчания? Стоит ли знакомиться с вами, господин наемник?

— А почему нет?

— Это как-нибудь изменит мою участь? Что там мне уготовано? Казнь? Пожизненная каторга? А может просто выставите в клетке на потеху местным жителям? Отдадите своим солдатам для развлечения? Или, если буду паинькой, сделаете своей личной рабыней?

Я немного оторопел от таких преположений. Но и ответить ничего не мог, просто потому, что не знал этого ответа. Разумеется, ни один из трех ее последних вариантов я воплощать в жизнь не собирался, но вот первые два были все же реальны. Если Бергман будет настаивать на выдаче пленницы, смогу ли я ему отказать? Скорее всего — нет. Может сам полковник и не захочет это делать, но ведь на него может надавить местное политическое начальство. Повод для этого есть более чем весомый.

— Молчите…, - сказала девушка, которая до этого времени спокойно изучала мое лицо. — Значит я права… Что ж, тогда и беседовать нам дальше просто бессмысленно — молить о пощаде я не собираюсь, предавать товарищей тоже. Впрочем…

— Да?

Нужно ли говорить, что я начинал испытывать от этого разговора сильное разочарование? Он шел совсем не так, как мне бы этого хотелось, а, посмотрев в спокойные и уверенные глаза пленницы, я поверил, что она действительно ничего не скажет о своей банде, даже для сохранения своей жизни. Тем не менее, вопрос я смог произнести спокойным тоном.

— Кажется, по цивилизованным законам, даже приговоренному к смерти полагается последнее желание?

— И что же вы хотите?

— Если это возможно, я бы посмотрела на тех троих мехвоинов, кто сражался против меня и Саймона.

— Саймон — это ваш… босс? — осторожно поинтересовался я, надеясь получить хоть крупицу информации.

— Да… Саймон Блек по прозвищу Зверь.

— Красноречиво… — пробормотал я, усиленно роясь в собственной памяти.

Как и всем кадетам военных академий мне пришлось ознакомиться с биографией сотен знаменитых бойцов, ведь никогда не знаешь, кто из них станет твоим противником или союзником на поле боя. Вот и приходилось изучать индивидуальные манеры боя. Чего скрывать, каждый новичок, садящийся в кокпит боевого меха, мечтал, чтобы когда-нибудь его имя украсило этот заветный перечень. Вот только никакого Саймона Блека там не было, хотя пиратских биографий встречалось предостаточно. То ли он еще не успел прославиться в должной степени, или просто сменил имя, что среди «джентльменов удачи» далеко не редкость.