Анастас Иванович Микоян: человек и политик

В 1946 году встреча Анастаса Ивановича с избирателями прошла в большом зале оперного театра города Еревана. Он выступал, приветствие произнес по-армянски, затем перешел на русский. По-моему, тогда он читал свое выступление по бумаге. В то время все читали. Но много позже, в 60-х годах, я слышала его выступление в Высшей партийной школе для иностранных коммунистов. Он был там после большой поездки по Японии, Индонезии, Бирме и рассказывал о международном положении того региона. Говорил великолепно, убедительно, с историческими фактами, с цифрами, зажигательно — речь его, длившаяся около двух часов, вызвала неподдельный интерес у слушателей. Все оживились, блестящий оратор родился на глазах у всех, его образ: совершенно не совпадал с привычным имиджем советских руководителей. Там же после Микояна должен был выступить Хрущев, но он отменил свое выступление, видно, не хотел выглядеть хуже.

Я сидела в зале сбоку, слушатели были в основном латиноамериканцы — их глаза возбужденно горели, они аплодировали после выступления очень долго. Я тоже находилась под большим впечатлением — таким Анастаса Ивановича я еще никогда не видела — открытый, мысли яркие, речь логичная, острая, блестящая. На обратном пути (я ехала в его машине) чувствовалось, что он весь еще в состоянии душевного подъема. Волнуясь, поблагодарила его за то, что он взял меня с собой на эту встречу, и за произведенное впечатление.

Вообще, когда Анастас Иванович был «в ударе», он хорошо рассказывал, подробно и точно подмечал детали, моментально делал анализ, выводы. Слушать его было интересно, независимо от того, рассказы ли это о начале революционной деятельности или о встречах с Кастро, Кеннеди. В воскресные дни, когда семья собиралась за обеденным столом и приходили брат Анастаса Ивановича, его шурин (брат жены), разговоры в основном шли об авиации, так как трое сыновей были летчиками. Брат Анастаса Ивановича, Артем Иванович, был немногословным, улыбался задумчиво, говорил мягко, но твердо высказывал свое мнение. Сыновья-авиаторы спорили друг с другом, и отец их резко обрывал, если видел явную бессмысленность спора. После обеда Анастас Иванович со своими родственниками гулял по парку, они всегда оживленно разговаривали, чувствовались их расположение друг к другу и уважение к Анастасу Ивановичу.