Колхозное строительство 9 [СИ]

А концерт получался на загляденье! И на заслушанье. Конечно, чуть не половину программы закрывали разные составы «Крыльев», но нашлось место и другим кумирам советской публики. Магомаев, чуть ревниво поглядывая на подпевку из той же студии «Крыльев», окутывал зал бархатом «Голубой тайги». Бодрым ритмом «Лучшего города земли» и экзотическим выговором не давал народу впасть в меланхолию Жан Татлян. Володя Макаров настойчиво утверждал, что едет за туманом, но хоть песня и была всеми любима, но в то, что этот щёголь в остромодной тройке от Габбаны хоть раз бывал там, где пахнет тайгой, никто, конечно не верил – и всё равно хлопали, сбивая ладони, уж больно хорошую вещь написал Кукин. Поразили необычным сочетанием тягучих напевов и плотного, мясистого электрического джаза туркмены из «Гунеш» – ну, этих пришлось немного попинать, чтобы они лет на десять раньше нащупали тот звук, с которым будут в реальной истории греметь и в Союзе, и далеко за его пределами. Впрочем, аранжировки по Машиным подсказкам поправили всем – режиссёру концерта кто-то спустил такую страшную бумагу, что тот бегал за недорослью на цырлах и готов был исполнить любой её каприз. Ну, старалась не злоупотреблять.

Это лето кончилось, кончилось, больше не вернётся…

Отчего же сердце так, замирая, бьётся?

Подтанцовка давала огненного твиста, даже с элементами линди-хопа – то есть акробатического рок-н-ролла. На проигрышах задорно переговаривались гитары Маши и длинного усатого очкарика из Эстонии Тийта Паулуса, которого где-то раздобыл почти однофамилец Паулс. Кто бы мог подумать, что этот типично прибалтийского вида унылый дылда умеет так зажигать! Эх, хорошо – и публике песня явно зашла, как к себе домой. А что? Всему своё место и время. В двухтысячных она была уже явно не на своём месте. Правда, в основном ситуация обратная – ну как тут споёшь «Андреевский флаг» или чего иное про господ офицеров? А в прошлом-будущем принимали на ура. Конъюнктура-с. А прокололась всё-таки – мычала себе под нос на какой-то репетиции «Русскую водку», народ прислушался и потребовал озвучить. Теперь неофициальный гимн студии, и в рестораны как-то просочилась. Пускай. Придумала экспромтом какую-то муть вместо «коммунизм бы наступил», но народ не обманешь – сами додумали, поют контрреволюционную строчку, как Вадик сочинил. Как он там? Уж давно отплакала своё по мужу, оставшемуся в другой жизни, но нет-нет, да и кольнёт. Не сейчас, не сейчас – сегодня веселимся. Зубы стиснула, и вперёд. Сорок лет на сцене. Ноблесс оближ.