Тёмный голос

– Yes! I’m listening!3 – сонный голос пробубнил на том конце трубки.

– О, блин! Я не хотела, – проговорила в ответ, а потом опомнилась и добавила: – Sorry!4 – это единственное, на что я была способна.

Дальше последовал глубокий вздох.

– Можем поговорить по-русски! Я знаю этот язык, – его голос звучал без акцента. – Кто ты?

– Мое имя ничего не скажет. Одна женщина она оставила ваш номер. Она сказала, что Вы – дверь!

Он засмеялся.

– Так меня ещё никто не называл – Дверь! Вау!

Волнение брало верх, и я говорила откровенные глупости.

– Я не то хотела сказать! – я замялась. – Я очень сильно волнуюсь, – я решила быть откровенной.

– Заметно… Я тоже немного волнуюсь – не каждую ночь мне звонят и называют Дверью, – его тон был шутливым. Мы вместе засмеялись. Я слышала, как он ворочался в кровати, а потом, удобно устроившись, включил лампу.

– Ваш номер оставила Евгения Френкель, – я решила выложить карты.

До того, как я произнесла её имя, я улавливала его лёгкое дыхание, но стоило ему услышать, и он замер. Гнетущая тишина повисла в трубке.

– Она великая женщина, – его голос звучал иначе, исчезла сонная вуаль, появились глубина и интимность. – Она была рядом в самый тяжёлый момент моей жизни. Она направила, она светила, как маяк… К сожалению, её больше нет.

– Я знаю, – коротко сообщила ему.

– Откуда?

– Её квартиру выставили на продажу.

Некоторое время он молчал, я слышала его дыхание, ровное и приглушённое.

– Наверное, я знаю, кто ты, – начал незнакомец. – Я видел тебя один раз, когда забирал Евгению из больницы. Тогда ты отдала ей тетрадь и отказалась ехать с нами. Потом она читала мне отрывки из твоего дневника. Они впечатлили меня. Ты можешь сделать из этого что-то более глобальное?

– Возможно, – неуверенно прошептала я.

Я почувствовала, как он улыбнулся.

– Есть ли в тебе намерение сделать из своего дневника полноценную книгу? – дерзко заметил мужчина.

– Я не уверена, что смогу.

– «Осим хаим», она ведь говорила тебе об этом? Ты хочешь построить свою жизнь?

– Да, – не раздумывая, ответила ему.

Я ощущала, как он закивал, и лёгкая улыбка озарила глаза.

– Делай, то, что любишь и…

– Люби, то, что делаешь, – перебила его.

– Да! Она рассказывала о тебе. Как твоё здоровье?

– Спасибо! Теперь всё позади, всё наладилось.

– Я успел навестить её незадолго до кончины. Мы долго сидели на террасе, пили травяной чай, говорили о жизни. Она много рассказывала о тебе, о девушке, дневник которой читала мне на ночь по телефону. Евгения собиралась уладить дела и ехать обратно. Она говорила: «Меня мучит странное предчувствие, что мы больше не увидимся с ней».

– Что случилось?

– Несчастный случай! Роковое стечение обстоятельств.

– Как тебя зовут?

– Роман.

– Мы пили чай из твоих «гламурных» чашек?

Он засмеялся.

– В точку! Держи меня в курсе.

Я вышла на улицу; была глубокая ночь, кафе закрывались. Я перебирала пальцами по воздуху, напевая недавно сочинённое стихотворение, ловила снежинки ртом и кружилась, путая чёрные волосы с белыми хлопьями.