Каждый последний вздох [litres]

Пискнув, он прошмыгнул к открытой двери гардеробной, где уже успел смастерить себе постель из одежды, которую стащил с вешалок. Я наблюдала за ним, пока он укладывался, прижимая к себе пушистый хвост, а потом решила выйти на крышу.

Холодный воздух ударил мне в лицо, когда я открыла дверь и поднялась по узкой лестнице. Тонкий слой снега покрыл пустые цветочные горшки, медленно покачивался навес над шезлонгами. Деревья стояли голые, но не мертвые. Жизнь обещала вернуться к ним весной, если человечество дотянет до весны.

Я подошла к ограждению у самого края крыши и уставилась на сверкающее огнями пространство. Туманное облачко пара вырывалось у меня изо рта с каждым вздохом, но было приятно находиться здесь, вдали от городского шума и зловонных испарений. Даже спокойно. Всего несколько дней отделяло нас от Рождества. Время работало против нас.

Собственно, у нас его уже и совсем не осталось.

Хотя Зейн и Дез планировали продолжить поиски и попытаться найти в книгах ответ, как уничтожить или хотя бы обезвредить Лилин, я сомневалась в том, что их усилия увенчаются успехом. К тому же, даже если бы нам удалось просто обезопасить себя от Лилин, это не помогло бы душам, которые он поглотил, не помогло бы Сэму.

Я сделала глубокий вдох, но воздух комом застрял в горле, когда острая паника поднялась во мне, словно призрак в ночи, угрожая затянуть в свой омут. Я не успела поддаться ей, потому что почувствовала присутствие Рота. С трудом сглотнув, я затолкала свои страхи глубоко-глубоко и повернулась к нему лицом.

Он стоял у двери; ветерок ерошил его темные волосы, стряхивая с прядей снежинки, и глаза сверкали, как оранжевые драгоценные камни.

– Что ты здесь делаешь?

Я дернула плечом.

– Ничего. Здесь так красиво, все в снегу.

– И лютый мороз, – добавил он.

– Никому из нас он не страшен.

– Я знаю. – Уголок его губ изогнулся вверх. – Просто счел нужным напомнить. – Он помолчал. – Ты не голодна?

– Не очень.

Он вскинул бровь и двинулся по крыше.

– Хочешь побыть здесь?

– Да. Очень. Хочу.

Полуулыбка играла на его губах, когда Рот уселся в шезлонг. Подушка на сиденье была защищена от снега, но только если не буйствовал ветер. Я подошла к нему и, когда он протянул руку, положила в нее свою ладонь.

Рот потянул меня вниз, усадил между ног, прижимая спиной к своей груди. Он обхватил меня руками, и я закрыла глаза, прогоняя прочь все мысли, чтобы просто насладиться теплом его тела и уютом объятий.

Не знаю, как долго мы просидели, наблюдая, как беззвучно падает снег, прежде чем Рот снова заговорил, но снегу уже порядком намело.

– Я тут подумал, – начал он. – Представил тебя в хлипком бикини. Знаешь, когда задняя часть плавок не толще зубной нити.

– О боже. – Я рассмеялась, пробежавшись пальцами по его рукам. – Почему меня это не удивляет?