Песочница. Цветущий ад

— Почему так думаешь? — совершенно спокойно поинтересовался Свара.

— Так лазер же это луч, пусть и очень кратковременный, а тут… — я ткнул в центр пропаленной груди, — смотри, какое идеальное отверстие! Есть входное, но нет дырки на спине… Будто нечто чертовски горячее мгновенно прожгло дырку в нем, и сжарило мужика изнутри. Запах чувствуете?

Неизвестный снаряд прожег грудь, заставил сморщиться правое легкое убитое — это было очень хорошо видно. И попахивало при этом, в самом деле, жареным мясом — надо признать, неожиданно аппетитно. Окажись чем, меня бы сейчас, наверное, снова вытошнило.

После этого намека не сглотнул только Свара.

«…Крепкий, гад, не отнять…» — подумал я не без уважения.

— Ну, вроде да, похоже! — согласился он.

Сделал это командир явно не потому, что было необходимо, а просто чтоб зафиксировать: именно он здесь по-прежнему все оценивает, и именно его мнение тут главное.

— Так что предлагаете?

Обращался Свара вроде как к обоим, но судя по невыразительной маске, в которую превратилось лицо болтуна-Боцмана, как раз сейчас тот участвовать не собирался.

— Мне кажется, это неизвестная фигня прилетела откуда-то сверху. Если убитый в этот момент не наклонился, то смотрите: прожгло дырку в верхней части грудины, а основное пустое пространство образовалось в нижней… — поморщившись, я уточнил, — явно ниже дырки. Так что могу предположить, что неизвестный стрелок по-прежнему сидит в этой странной хижине…

— Почему, он же мог после этого куда-то уйти? — заинтересовался Свара.

— Мог-то он мог, но представь, что у тебя однозначное преимущество в дальнем бою… Я, конечно, не служил, но спускаться в такой ситуации вниз, и драться среди деревьев, где мы будем почти на равных, как-то это все-таки глупо, — дав остальным подумать, я мысль развил. — Помните, те двое наблюдателей в плащах, сидевшие возле домика на возвышении, пока остальные работали? Уверен, это они, и именно поэтому наши решили не задерживаться здесь, где их могут расстреливать, как куропаток, а погнали работяг дальше, вглубь оазиса…

Свара молчал не меньше минуты. Желваки на его массивном лице некоторое время бродили под кожей, будто киты, но потом он явно на что решился:

— Если ты прав, то сейчас один из них пристально смотрит на ту сторону, куда убежали все остальные, а второй — думаю, не так пристально, но все же посматривает в эту, мало ли. Это наш шанс! Или придется уходить ни с чем, или можем попытаться отбить у них груз, что эти гады собирали неизвестно сколько дней. Не обделаетесь напасть?

Мы переглянулись с Боцманов, и я осторожно поинтересовался:

— А в чем план?

Свара совершенно отбросил свою обычную, если не враждебность, то — как минимум — желчность. Излагал он коротко, но не отнять — вроде как разумно. Слишком многое по-прежнему было оставлено на «авось», но возражений в целом у нас не нашлось.