Ученик. Второй пояс

— Это вообще справедливо?

Тола хмыкнул:

— Искать справедливость в схватке? Нужно сражаться с тем, что тебе выпало.

Я скривился, едва удержался от того, чтобы не осадить Толу. Уж кому-кому, а не мне рассказывать о том, как силён может оказаться враг. Но одно дело настоящая схватка не на жизнь, а на смерть, а у нас вроде всё не настолько плохо.

— Разве правилами не должны быть ограничены возраст и сила? Иначе во Внешних учениках выйдет Предводитель. Или в учениках Академии. Как долго мы с тобой простоим против такого противника?

При этих словах на меня покосился даже глава лагеря. Тола же хохотнул:

— Интересная мысль. Выставить трёх Предводителей и решить дело безоговорочной победой. Но ты прав. Ограничения есть. И всё в них более-менее укладывается.

— Более-менее?

Тола пожал плечами:

— Бывает, люди выглядят старше. Например, ты. Возвышение вообще прибавляет идущему и сил, и роста. Но требовать проверки на костный возраст я не буду. Это будет выглядеть смешно и мелочно. Всё равно всё решится в твоей схватке, собрат Римило.

Я огрызнулся:

— Или в твоей.

— Ну уж нет, — Тола рассмеялся. — Я сойдусь с Кетотом не в первый и даже не в десятый раз. Он ветер, и я ветер. Он рвётся к этапу Предводителя, но я начал опережать его. Тем более после последних месяцев в Ущелье Пяти Стихий. Он давно не может ничем меня удивить.

Я ужалил ещё раз:

— Если только не выпьет пары возвышалок или не сожжёт жизнь.

Тола ухмыльнулся:

— Это возможно. Но сомнительно. Он из старшей ветви и, как и в Академии, избегает наносить вред меридианам. Конечно, старейшины Дизир могли бы пойти на такое, приказать, но не ради этих никому не нужных холмов.

Я чуть не подавился теми словами, что уже приготовил. Откашлявшись, спросил:

— Так может мне не стоит и напрягаться? Раз уж эти холмы и поля никому не нужны в Ордене?

Тола пожал плечами и отвернулся:

— Сам решай.

Я беззвучно процедил ругательство и тоже перевёл взгляд на арену.

Мальчишка сражался яростно, не жалея себя. А вот дизирец словно игрался с ним. Закружив в вихре ударов, сумел ударить в брешь защиты точно в тот миг, когда истёк Покров. Мальчишка вскрикнул, рука его обвисла. Дизирец отскочил, но только для того, чтобы использовать технику передвижения.

Размазавшись в тень, он врезался в мальчишку, который был на две головы его ниже, отшвырнул его в сторону, сбивая с ног. Через два вдоха ударил снова, с другой стороны, не давая телу вылететь с пределов арены.

Тола шагнул вперёд:

— Довольно! Орден признаёт поражение в этом поединке.

Дизирец замер, помедлив, сплюнул на песок и двинулся прочь.

Тола несколько мгновений провожал его взглядом, затем перевёл его на меня:

— Твоя очередь, младший ученик.

Я криво усмехнулся и двинулся на арену. Когда мимо меня пронесли стонущего мальчишку, коснулся кисета на поясе, доставая Верный. Последние дни я не раз ругал заместителя главы Академии Ксилима и свою жадность. Но если бы всё сложилось по-другому, и я оставил Верный в своём домике, то я сейчас оказался бы в очень неудобном положении, когда хорошее оружие есть, а показывать его нельзя.