Георгий Данелия
- Автор: Новицкий Евгений Игоревич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: М.: Молодая гвардия, 2020. — 271 [ 1 ] с.: ил.
- ISBN: 978-5-235-04384-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Георгий Данелия». Краткое содержание книги:
Биографию, написанную Евгением Новицким, автором жизнеописаний Леонида Гайдая и Эльдара Рязанова, можно считать заключительной частью трилогии о великих советско-российских кинорежиссерах-комедиографах.
Работа с самого начала давалась нелегко: Данелия чувствовал, что впервые в жизни взялся за настолько «не свой материал». Но основательный Адабашьян все же убедил соавторов довести дело до конца.
В повести и снятой строго по тексту автоэкранизации Володина сюжет таков. 23-летняя Настя живет с матерью, работает в магазине «Культтовары» и очень неудачлива в личной жизни, поскольку некрасива, застенчива и никто не обращает на нее внимания. Случайно она знакомится с понравившимся ей парнем по имени Толя, который тоже проявляет к ней интерес, но Настя подозревает, что обязана этим лишь тому, что на момент их общения молодой человек пьян. В этот день перед сном Настя смотрит на висящую у нее в комнате картинку с изображением мертвой царевны из сказки Пушкина. «Была бы я такая, вот было бы здорово!» — думает Настя. И это ее желание без всяких объяснений воплощается.
На следующее утро жизнь Насти, превратившейся в красавицу, кардинально меняется: если раньше никто не обращал на нее внимания, теперь ее замечают все — и чуть ли не каждый встречный старается чем-то угодить, помочь, познакомиться и подружиться. Но Настя чувствует, что ей вовсе ни к чему такая популярность. Последней каплей становится то, что муж лучшей Настиной подруги начинает ухлестывать за ней прямо на глазах у жены. И вот уже Настя в отчаянии бежит по улице и бормочет: «За что нам эта беда, лучше бы я такая и оставалась, как раньше, и ничего бы этого не было…»
К Насте возвращается ее прежняя заурядная внешность — и девушка принимает это с облегчением. Повесть заканчивается на том, как Настя подходит к квартире Толи (который так и не видел ее в обличье красавицы), но передумывает звонить в дверь и уходит домой.
Обеих Насть в картине Володина сыграла Жанна Прохоренко, в которой трудно увидеть некрасавицу (режиссер, кажется, и не пытался). Уже этот факт превратил в целом неплохой фильм в некую условную фантазию, которую каждый зритель волен объяснять себе по-своему: то ли героиня действительно в кого-то перевоплотилась, то ли нет, то ли в ее жизни действительно произошли важные перемены, то ли это были всего лишь грезы…
Данелии подобная неопределенность была заведомо чужда. Согласно его позиции, даже в сказке все должно иметь объяснение, а всякие театральные условности в кино тем более недопустимы.
Поэтому режиссер вводит в повествование расхожий сказочный мотив: Настя бескорыстно помогает незнакомой старушке, а та оказывается колдуньей и обещает девушке исполнить два ее заветных желания. А дальше — как у Володина: первое желание — стать красоткой, второе — вернуться в исходное состояние.
Лирическую линию Данелия сделал более последовательной и завершенной. Теперь понравившийся Насте парень (из Толи сценаристы переименовали его в Сашу) встречает ее и в обличье красавицы. Настя уверена, что при знакомстве он попросту не запомнил ее подлинную внешность вследствие обильных возлияний. Однако, когда в конце фильма Саша снова находит Настю в ее настоящем облике, он сразу узнаёт ее. Получилось так, что только два человека не заметили чудесного превращения Насти — ее мать и Саша: для них она оставалась красавицей в любом виде.
Кроме того, Данелия однозначно конкретизировал время и место действия. Если повесть и одноименный фильм Володина выдержаны в жанре вневременной притчи, то картина «Настя» — весьма точный портрет Москвы начала 1990-х.
«Вроде бы чистой воды сказочка. Но так ли это?! — восклицал Данелия в интервью. — Мы быстро все забываем, но я-то хорошо помню, что снимался фильм в трудное, страшное время, когда казалось, что в стране вот-вот начнется гражданская война. Войны, кстати, в то время шли в моей родной Грузии, в Приднестровье, в Средней Азии. В Москве улицы и площади были грязными, толпы людей торговали едва ли не в каждой подворотне. По проспектам привычно ездили танки и БТРы. Настроение в обществе было ужасное. На экране унылой чередой шли отечественные боевики, которые вовсю состязались с американскими в показе жестокости и насилия. Как быть в этой ситуации режиссеру? Окунуть зрителей еще раз в эту страшную реальность? Но это будет бесчеловечно. Не замечать ее? Но это будет нечестно…
Вглядитесь сегодня в “Настю”. Там есть эта горькая атмосфера времени. Есть военные, торгующие бензином. Есть пустые магазины, где, кроме ластиков, ничего не продается. Есть убогая хижина главной героини и префект, расположившийся в роскошных апартаментах. Есть танк, который тащит по городу трамвай ввиду хронического отсутствия электричества. Есть военный хор, вдохновенно поющий: “Вот возьму и повешусь, и меня закопают”. Наконец, есть шоковая сцена в метро, когда элита в смокингах на презентации неизвестно чего пьет шампанское и ест икру, а несчастные, голодные люди в проезжающей электричке прилипают к окнам, горестно наблюдая этот пир во время чумы…