Императорские изгнанники [ЛП][The Emperor’s Exile]
- Автор: Скэрроу Саймон
- Серия: Орел #19
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: *
- Переводчик: Саймон Скэрроу
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Императорские изгнанники [ЛП][The Emperor’s Exile]». Краткое содержание книги:
Катон заметил Кальгарнона в трех метрах от себя. Юноша опустил острие копья и побежал вперед, вонзив острие в грудь лошади справа от Катона. Животное вскинуло голову и встряхнуло ею из стороны в сторону с пронзительным ржанием, прежде чем качнуться в сторону, выхватывая древко копья из рук юноши. Прежде чем Катон смог повернуть свою лошадь, чтобы напасть на мальчика, один из варваров бросился на него с незащищенной левой стороны с поднятым топором, чтобы нанести удар. Он сильно дернул поводья, и его лошадь столкнулась с разбойником, заставив его споткнуться в сторону. Прежде чем человек смог восстановить равновесие, Катон повернулся в седле и махнул мечом, глубоко врезавшись в череп врага. Резкий удар угрожал ослабить его хватку на рукояти, и он крепко сжал пальцы и освободил лезвие, пока разбойник покачивался, кровь хлынула из его раны, прежде чем он выпустил топор, и его ноги подкосились под ним.
Подняв свой гладий вверх, Катон быстро огляделся и увидел, что ни один из разбойников уже не находится на близком расстоянии. Некоторые все еще стояли на месте и пытались отбиться от всадников, но большинство дрогнуло и пустилось наутек. Его люди хрипло мычали, нанося удары любому врагу, оказавшемуся в пределах досягаемости их мечей. Катон поискал человека, которого он принял за их лидера, и увидел его у скал, где он призывал к себе своих людей и пытался сплотить их. Некоторые из них уже собрались вокруг него, и их пример стыдил и вдохновлял других присоединиться к ним и встретиться лицом к лицу с римскими ауксиллариями. Преимущество, предоставленное первоначальной неожиданностью атаки, исчезало с каждой минутой, и вскоре у врага хватило бы силы и смелости, чтобы окружить Катона и его людей и сбросить их с седел, чтобы прирезать уже на земле. Пора было прекращать атаку.
- Ко мне! - крикнул он сквозь шум, производимый его людьми. - На меня! Сейчас!
Ближайший из всадников услышал его крик и вышел из боя, осторожно направив свою лошадь к своему командиру. Другие все еще были охвачены неистовым возбуждением атаки и продолжали гнать своих лошадей через склон по другую сторону скал. Одна лошадь стояла неподвижно, ее бока вздымались, пока кровь стекала по сломанному древку, торчащему из ее груди. Розовая пена пузырилась из ее расширяющихся ноздрей – животное отказывалось отвечать на призывы своего всадника. Затем один из врагов подбежал к нему сзади и яростно замахнулся топором по обнаженной спине ауксиллария над луками седла. Тяжелый изогнутый край оружия расколол спину всаднику, он содрогнулся и выронил меч. Нападавший схватил его за руку и яростно вытащил из седла, так что он рухнул на землю с тяжелым выдохом. Затем разбойник поднял топор и опустил его, оставив вмятину на шлеме всадника, прежде чем второй удар пришелся по лицу человека и раздробил нос и челюсть. Новые удары быстро превратили голову ауксиллария в кровавую кашицу.
Катон увидел все это за промежуток времени, который потребовался, чтобы сделать несколько вдохов и восстановить дыхание, прежде чем он вновь призвал других солдат выйти из боя и присоединиться к нему. Один за другим они последовали приказу. Он заметил, что еще двое всадников потерялись, а другой наклонился вперед в седле, сжимая руку с мечом на ране на боку, хотя у него все еще были силы удерживать поводья и направить своего коня к Катону. Когда последний из них оставил преследование тех, кто бежал обратно по дороге, Катон вложил свой клинок в ножны и указал на гребень холма.
- Следуйте за мной!
Он ударил пятками своего коня и пустил того в галоп, и остальные последовали его примеру. Он поддерживал темп, пока они не достигли гребня и не увидели повозки в четырехстах метрах от подножия пологого обратного склона холма. Почти в трех километрах дальше находился форпост, в блаженном неведении о произошедшей свирепой схватке. Массимилиан ехал рядом с повозками, призывая погонщиков мулов бросить своих изнемогших животных в последнюю попытку добраться до безопасного частокола, окружавшего заставу. Катон понял, что если противник быстро оправится и возобновит ускоренное движение, опасность того, что он может настигнуть фургоны, все еще будет сохраняться.