Электронная книга - «Черный гусар». Краткое содержание книги:
ГГ неплохо помнит историю, но совершенно не разбирается в физике, химии, военных изобретениях, смертоносных патронах и ядерных зарядах. Так что здесь не будет прогрессорства, невероятных промышленных «рывков» и патентов на новейшие самолеты и атомоходы.
Неспешное и плавное начало, описание повседневности. ГГ приобрел одну уникальную способность, и применив ее, спас цесаревича Николая. И теперь история пошла иным путем.
Бухарский поход. Исторические персонажи.
– Скажите, Екатерина Олеговна, в чем вы видите смысл своей жизни? – как-то раз поинтересовался я. Мне редко когда удавалось остаться с ней наедине, подобный жест считался весьма интимным, но я всячески искал различные удобные возможности. Да и общение наше пока происходило исключительно на «вы».
В их доме я стал частым гостем. Родители Кати слепотой не страдали и прекрасно понимали мои мотивы. В целом, ко мне отнеслись достаточно спокойно, сделав намек, что я хоть и происхожу из хорошей семьи, но все же мне следует повысить свой статус. Получить, к примеру, подполковника, или два-три ордена.
В тот вечер мне удалось несколько минут побыть с Катей тет-а-тет.
– А вы в чем видите смысл жизни? Ответьте первым, Михаил Сергеевич, тогда и я скажу.
– Как по мне, смысл жизни для офицера заключается в трех вещах – служба своей Родине, честь и целенаправленные усилия в деле развития России и ее народонаселения.
– Поясните, пожалуйста, идею развития России, – в тот раз девушка впервые посмотрела на меня иначе, немного по-другому. И в ее голосе послышался пробуждающийся интерес. Первые два пункта моей жизненной программы звучали достаточно стандартно для большинства офицеров Российской Империи. Но вот третья часть выглядела необычной.
– Бог творит души, которые рождаются на Земле, чтобы прожить телесную жизнь. Прожить ее можно по-разному, потакая своим капризам и удовольствиям, зарабатывая миллионы или безвольно плывя по течению и сетуя на судьбу. Но есть и иной путь – реализовывать свои мечты и устремления, помогать людям, пытаться изменить что-то к лучшему.
– Вы сейчас не шутите? – на меня с немалым изумлением смотрели чудесные голубые глаза.
– Я абсолютно серьезен. Разве я похож на шутника? – и хотя я говорил правду, мне действительно захотелось немного пошутить, чтобы слова не звучали столь пафосно. Но я себя удержал. Что-то мне подсказывало, что в такой момент следовало не менять тона и оставаться серьезным.
– Да, на шутника вы не похожи, – ее взгляд остановился на Георгии 4-й степени. Казалось, что лишь сейчас она толком его заметила. – Простите мой эгоизм, Михаил Сергеевич, но я неожиданно поняла, что ни разу не спрашивала вас о том, как вы воевали в Азии. С чем вы там столкнулись? Тяжело ли вам пришлось? За что вы получили эти ордена? – тут она неожиданно сбилась и замолчала.
– Ордена я получил за службу. Шла война. Впрочем, куда лучше ее описал господин Тургенев. Вы разве не читали его книгу?
– Нет, – призналась она. Длинные сережки в ее розовых ушках качнулись из стороны в сторону.
– Так почитайте. Одно ваше слово, и завтра я принесу вам книгу.
– Принесите.
– Договорились. Так в чем вы видите смысл жизни?
– Это сложный вопрос. Пожалуй, я не смогу выразить его тремя-четырьмя фразами, как вы, – она нахмурила брови, замолчала, а затем решилась. – Обещаете не смеяться надо мной? Тогда я поделюсь с вами маленькой тайной.
– Обещаю.
– У нас под Тверью есть большое имение. Село Благовещенское. Вокруг него раскидано несколько деревень. Я хочу построить там школу для деревенских детишек. Папа и мама, не говоря про бабушку, плохо понимают мои мотивы, да и Евгений лишь посмеется, если я ему признаюсь в своей мечте… А что вы думаете?
– Думаю, что это лучшее из того, что я слышал за последнее время. Вы – умница, Екатерина Олеговна, и большой молодец. Если бы хоть десять тысяч богатых человек в России имела схожие мысли, то жизнь могла измениться за десять лет.
Она слушала мои слова и невольно покраснела от удовольствия. Казалось бы, ну что такого необычного она сказала? Подумаешь, школа для детишек. Но учитывая ее возраст и происхождение, все не выглядело так уж наивно. Сначала школа, потом больница, затем, к примеру, какое-нибудь общество защиты матери и ребенка, акушерские курсы, газета на соответствующие темы. Обычно так и начинаются хорошие добрые дела.
В тот день между нами что-то проскочило, какая-то искра или понимание. Общность взглядов. И именно тогда я впервые поцеловал ей руку.
Естественно, у Кати Крицкой имелись поклонники. В их дом частенько заходили гости. Некоторые из них оказывали ей знаки внимания. В большинстве своем они не вызывали моей тревоги, но два человека чем-то занимали молодую княжну.
Первым, как ни странно, оказался Петр Брызгунов, чтец старухи-княгини. Он происходил из захудалого дворянского рода, но был очень умен и терпелив. В Петербург Петр прибыл из провинции с твердым желанием выбиться в люди.