Электронная книга - «Черный гусар». Краткое содержание книги:
ГГ неплохо помнит историю, но совершенно не разбирается в физике, химии, военных изобретениях, смертоносных патронах и ядерных зарядах. Так что здесь не будет прогрессорства, невероятных промышленных «рывков» и патентов на новейшие самолеты и атомоходы.
Неспешное и плавное начало, описание повседневности. ГГ приобрел одну уникальную способность, и применив ее, спас цесаревича Николая. И теперь история пошла иным путем.
Бухарский поход. Исторические персонажи.
Ходил он быстро, решительно, думая меньше минуты. Капитан передвинул пешку на с4, вновь нападая на коня, которого я увел на b4. Бравый гвардеец, который увлекся атакой, выдвинул еще одну свою пешку, теперь на d4. Стало ясно, что игрок из капитана Семеновского полка так себе, и я с радостью ответил разменом пешек. Партия фактически закончилась, когда оппонент съел мою пешку ферзем, не заметив довольно простой ловушки. Я вновь взялся за коня и перевел его на с2.
– Шах! – и только тут семеновец с удивлением понял, что попал на тройную вилку – под ударом одновременно оказались ферзь, ладья и король.
В запале он отвел короля, а я с большим удовольствием взял ферзя, причем и коня не потерял. Фактически партия закончилась. Смысла играть после такого удара я не видел, но Крицкий сделал еще несколько ходов и уже затем, понимая, что ситуация становится лишь хуже, чуда ожидать не приходится, сдался и положил короля на доску.
– Браво! – сказал он. – Вы лихо отработали конем. Хороший маневр. Сразу видно бывалого кавалериста.
– Сокол без крыльев не взлетит, всадник без скакуна не поскачет, – со значением заметил Звегинцев. «Соколом» меня прозвали в Старой Школе, да и в полку иной раз так называли.
Сто рублей перешли из рук в руки, а Крицкий предложил выпить мальвазии за знакомство. Как видно, потеря денег его нисколько не расстроила. Тем более, я настоял и расплатился за ужин. Подобные жесты выглядели в порядке вещей, ничего необычного я не сделал, просто проявил щедрость. Но порядочно выпившему Крицкому она пришлась по душе. Он пожал мне руку и уже через минуту мы перешли на «ты».
– Какие планы, Мишель? – как и Некрасов, он называл меня на французский манер.
– Да никаких, – я переглянулся со Звегинцевым. Тот пожал плечами.
– Тогда прошу со мной. Я отправляюсь к своей кузине, Екатерине Олеговне. Наши отцы – родные братья. Сегодня вечером запланировано небольшое чаепитие. Правда, там будет ее бабка, вздорная старуха, но в остальном мы неплохо проведем время. Отправляемся?
– Удобно ли? – все же засомневался я.
– Еще бы! Очень удобно!
Так как вечер действительно оказался свободен, то раздумывать не имело смысла. Мы взяли кучера с коляской-ландо и поехали по скрипящему снегу на Сергиевскую улицу.
– Эх, не будь она моей кузиной, женился бы, не глядя! – откровенно признавался капитан по дороге.
– Такая славная девушка? – заинтересовался Коля.
– Более чем.
Мы остановились у доходного дома. Швейцар почтительно открыл дубовые двустворчатые двери. Крицкий пояснил, что квартира на престижном третьем этаже принадлежала старухе-княгине, которая души не чаяла в своей внучке. Внучка нашла к ней подход, но остальные члены семьи с вредной бабкой уживались с трудом.
Внутри богато обставленной прихожей мы сдали старому лакею шинели и фуражки, для порядка осмотрелись в большое зеркало из потемневшей бронзы и прошли в зал. Там собралось около десяти человек, мужчины и дамы, хорошо одетые и неспешно разговаривающие.
– Дядя, тетя, кузина, позвольте представить вам моих друзей, – подвыпивший Крицкий невероятно быстро повысил нас до статуса друзей. Он уверенно прошел вперед. Разговоры оборвались, присутствующие разошлись в стороны.
– Штабс-ротмистр Соколов Михаил. Штабс-ротмистр Звегинцев Николай, – представил нас Крицкий. – Мои родственники, князь Крицкий Олег Романович и его супруга, Елена Федоровна. Их дочь и моя кузина Екатерина.
– Добро пожаловать, господа, очень приятно с вами познакомиться, – внимательно оглядывая, князь по очереди пожал нам руки.
– Мы рады привечать друзей Евгения, – с милой улыбкой заметила хозяйка дома. Она говорила так естественно, что было практически невозможно расслышать легкую насмешку. Надо полагать, Крицкий частенько делал им «приятные» сюрпризы, приводя с собой различных товарищей.
Следом мы познакомились с их дочкой, гостями, имен которых я не запомнил и уже после отошли в сторону, к окну.
– Что-то ты не в духе, Катя, – несколько фамильярно заметил гвардеец, обращаясь к кузине.
– Еще три минуты назад я чувствовала себя превосходно, – на вид девушки было лет восемнадцать-девятнадцать. Я смотрел на нее и понимал, что никогда не видел таких лучистых голубых глаз. Она была хороша – стройная и грациозная, словно выточенная статуэтка, чистая здоровая кожа, легкий румянец на щеках, аккуратненький носик, длинные ресницы и чувственные губы. На подбородке виднелась ямочка, что свидетельствовало о воле и характере. Ямочки появлялись и на щеках, когда она улыбалась. На вечер девушка надела темное платье с турнюром и аккуратные туфельки, мыски которых изредка показывались из-под широкого и длинного, до пола, подола. Корсет стягивал тонкую талию, ткань подчеркивала грудь и бедра. Евгения она любила, но не особо уважала. И к нам, его новым друзьям, судя по двум быстрым взглядам, решила относиться так же – как к гуляющим, пьющим и недалеким офицерам. – Надеюсь, сегодня ты ничего не разобьешь и не испортишь нам вечер?