Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере

— Всегда к вашим услугам, господин адвокат, — сказал ему на прощание старший официант, подумав, не задержать ли его.

«У нас будет веселая встреча Нового года, — хотел он прибавить, — после полуночи мы подадим живого поросенка, все могут на счастье вырвать по волоску из его щетины».

Официант не знал имени этого посетителя, высокого молодого человека в пенсне, пышноволосого, с коротко подстриженными усиками, но в прошлый раз из разговора понял, что он адвокат; у посетителя были карманные серебряные часы, и, хотя на пальце не красовался перстень, а портфель был потрепан, официант со спокойной душой предоставил бы ему кредит в новогоднюю ночь и даже не побоялся бы одолжить денег. Молодой адвокат с трудом перебивается, но люди такого сорта долго не прозябают в бедности, приданое дает им на первых порах небольшой капитал, чтобы наладить дела в адвокатской конторе.

Официант, этот психолог из кафе, во фраке и с черным галстуком, догнал молодого человека уже перед дверью-вертушкой, но лишь предупредительно открыл ее и ничего не сказал, заметив в петлице у адвоката траурный бант, черную репсовую ленту…

На грязном тротуаре Ландлер остановился. Куда же теперь? Домой? Спрятать голову под подушку? Но ведь нелепо так рано ложиться спать. Или испортить настроение бедной матушке, которая из-за его траура тихо, по-домашнему провожает старый год? Речь наверняка зайдет о доходах конторы. О том, что ему, первому ученику в гимназии, гордости семьи, самому старшему, многообещающему сыну, надо наконец проявить свои способности и разбогатеть, — ведь деньги валяются у него под ногами, стоит только нагнуться и поднять их. Родители желают обычно своим детям полного достатка и поэтому хотят, чтобы он не помышлял ни о чем другом, кроме успеха. Бедные обыватели, неужели вы не понимаете, что ваш сын, пока еще добрый, честный, неглупый, может превратиться со временем в наглого, злого приспособленца, которого вы, наверно, уже не сможете любить? Когда юноша стоит на пороге жизни, его родители забывают о волчьих законах скверно устроенного общества. Их спор с возмужавшим сыном напоминает диалог глухих: «Ты плохой, сынок, потому что не слушаешь меня», — «Я не слушаю тебя, мама, потому что не хочу стать плохим». Этот бессмысленный наивный спор и всегда был ему не по вкусу, а сегодня и подавно.

Прежнее кафе было, конечно, приличным заведением, злился он про себя. В нем не устраивали новогодних балов, как в этих шумных кафе на Кёрут. Там он мог бы посидеть спокойно. Правда, только до закрытия, до десяти вечера. Хотя бы до десяти в тишине и покое он мог бы почитать газеты. Ведь все завсегдатаи уже разошлись по домам, чтобы нарядиться к празднику.